Камень. Книга 2

— Банька, свежий воздух, леса, девки смоленские! — подхватил Прохор. — Вообще лепота получится! Чего ради друга не сделаешь? — он подмигнул оживавшему на глазах Петрову. — Но с Михаилом Николаевичем всё равно авторитетней получится. Он умеет внушать… — мой воспитатель подошёл к холодильнику, достал бутылку водки и налил стакан, который и протянул Сашке. — Пей. А то зелёный весь от переживаний. — тот покорно употребил. — Полегчало?

— Спасибо, Прохор! — отдышался тот. — А то, как представлю себе маман с этими деньжищами…

В этот момент в гостиной появилась Вяземская с очень милой, высокой блондинкой с голубыми глазами, короткая юбка которой не скрывала длинных, великолепно развитых ног профессиональной танцовщицы. Видимо, именно эту девушку Алексия прочила на место любовницы Петрова. Он, в свою очередь, к ногам девушки тоже не остался равнодушен, и начал рукой нащупывать свой альбом, не отрывая от них взгляда. Прохор, тем временем, налил моему другу ещё один стакан водки, который был так же быстро употреблён Петровым.

— Лизонька, — усмехнулась Вяземская, — Это Александр, очень талантливый художник. И он, в последнее время, увлекается написанием обнажённой натуры, а с натурщицами у него беда… Будешь у нашего Александра музой, Лизонька?

— Музой буду, Виктория Львовна. — кивнула та.

— Тогда пошли, я провожу вас с Александром к нему в студию. — сказала Вяземская.

— Пойдёмте же, Александр! — девушка протянула руку Петрову."

"Тот автоматически её взял, и спросил у Вики:

— К-какая студия?

— Этажом ниже. — улыбалась та. — Пошли уже, Рембрандт.

Они втроём удалились.

— Прохор, что это было? — попытался выяснить я.

— Погоди, сейчас Вика придёт. — отмахнулся он.

Улыбающаяся Вяземская вернулась через пару минут.

— Я же обещал, что наш Рембрандт будет согласен на всё. — усмехнулся Прохор. — А ты не верила.

— Была не права. — признала Вика. — Девочка проинструктирована, границы знает. Ты даже вино, водку и закуску им там оставил?

— Конечно. — кивнул довольный Прохор. — Как ты позвонила, сразу же и сбегал. А порядок наводить не надо было — Дворцовая полиция за собой убралась. Закуски только чуть в холодильник положил.

— Так вы что, договорились? — стало до меня доходить. — Прохор, а как же решение проблем с Сашкиными родителями?

— Я от своих слов не отказываюсь. — хмыкнул он. — А деньги надо положить на отдельный счёт в вашем банке. — мой воспитатель взял на кухне пакет и сложил туда пачки рублей. — Хоть он и несовершеннолетний, я всё сделаю. Получит у нас Александр золотую карту без ведома родителей.

— Что за деньги? — поинтересовалась Вяземская.

— Князь Пожарский, Михаил Николаевич который, нашему Рембрандту аванс за свой портрет дал. — пояснил ей Прохор.