Камень. Книга 10

С одной стороны, русским он и возглавляемая им организация нигде дорогу не переходили, а значит, это именно Романовым от него что-то было нужно; с другой же стороны, подобный визит этого больного на голову великого принца в любом случае ничего хорошего для рода Берлускони не сулил.

Ситуация разрешилась сама собой — песня закончилась, великий принц открыл глаза, взял пульт с журнального столика и поставил воспроизведение на музыкальном центре на паузу, после чего обвел равнодушным взглядом замерших Берлускони.

— Ваше высочество, — поклонился князь, а за ним и его младшие родственники, — для нас огромная честь принимать вас в гостях.

Молодой Романов не спешил отвечать, продолжая разглядывать хозяев, пока наконец не соизволил произнести:

— Во-первых, князь, наша беседа будет проходить на английском языке, потому что не все из сопровождающих меня господ владеют итальянским на приемлемом для нормального общения уровне; во-вторых, князь, вы же богатый человек, а музыкальное оборудование у вас, уж извините за выражение, полное дерьмо. В-третьих, свой рот вы будете открывать только тогда, когда я вам это разрешу. Князь, вам все понятно?

Этими словами, произнесенными спокойным, даже каким-то ленивым тоном, русский принц фактически наносил смертельное оскорбление роду Берлускони в лице его главы! И молодой Романов не мог этого не понимать! Князь скрипнул зубами, но, учтя все риски для наследника и внуков, резко отвечать не стал и, чтобы не спровоцировать молодого принца, решил избрать более нейтральный ответ:

— Ваше высочество, при всем уважении…

Слова застряли в горле Берлускони от ужаса, исходящего от великого принца, который только тяжело вздохнул:

— Князь, повторяться я не буду, лишь добавлю на более понятном вам языке: за первое нарушение установленных мною правил господин Белов, — принц указал на стоящего рядом с ним огневика, — отрежет вашему наследнику уши. Вы не переживайте, — Романов усмехнулся, — у господина Белова богатая практика. Конечно, будет больно, но, в конце концов, без ушей люди тоже живут.

Все четверо Берлускони, еще не отошедшие от дикого приступа страха, невольно скосили взгляды в сторону указанного господина Белова, в руке которого волшебным образом появился десантный нож. А великий принц продолжал:

— За второе нарушение моих условий господин Белов отрежет вашему наследнику нос и язык. — И опять эта ухмылка. — И если отсутствие ушей можно как-то прикрыть волосами, то вот в этом случае… Ну а за третье нарушение господин Белов вспорет вашему наследнику живот. Разрез будет длинный и глубокий, но ваш наследник быстро не умрет, так что беседовать мы с вами продолжим под его завывания.