Камень и пламя

— А откуда я могу знать, что Алар де Гроув — это действительно вы?

Министр хмыкнул и, положив ладонь на панель идентификатора личности, что стоял на столе у начальника контрразведки, развернул его экран так, что Ник смог увидеть то, что там написано.

— Как вас, однако, запугали наши безопасники…

— Вовсе нет, сен генерал, — парировал Ник, который вспомнил звание министра обороны. — Просто я еще в детстве понял: ничто в жизни так не продлевает жизнь, как здоровая паранойя в умеренном количестве.

На это де Гроув лишь усмехнулся.

— Ну а теперь-то расскажешь о кораблях?

— Да и не знаю я многого. — Ник пожал плечами. — Наши корабли, конечно, более маневренны и имеют, соответственно, лучшую динамику. В маневренном бою мы уделаем любой флот, если, конечно, сможем подобраться на дистанцию от ста до пяти тысяч километров. Поворотных систем на лучевых пушках нет, так что, если выскочил из прицела, считай, что выжил. Ну и, кроме того, нас, я имею в виду количество кораблей в Федерации, — очень много. У Патруля больше ста тысяч единиц, и примерно столько же у флота. Правда, учитывая, что мы не вылезаем из схваток, а они разминаются лишь на редких учениях и в виртуале, то соотношение два к одному. Хотя иногда я бы не отказался иметь за спиной что-нибудь вроде линкора класса «Оплот». А у саргонцев все просто. Если наш флот был изначально заточен на крейсерские операции и перекрытие максимально широкого сектора, то у них флот — это настоящий кулак. Линкоры класса «Созвездие» — настоящие монстры, которым расковырять орбитальную крепость — раз плюнуть. Таким флотом можно уже штурмовать планетные системы первого класса, что нам, конечно, совсем не грозит. А вообще было бы неплохо соединить наши флота. — Ник мечтательно поднял взгляд на потолок, где ему уже рисовались картины межзвездных битв. — Мощные корабли прорыва, поддержанные мобильными силами, смогут уничтожить все, что летает в нашей части галактики.

— А сам где хотел бы служить? — Де Гроув задумчиво посмотрел на Ника.

— Да пока не знаю. — Росс пожал плечами. — Все вроде интересно. И большие корабли, и малые, в каждом есть свой смысл и резон. Когда командиром на маленьком, то, как правило, сам себе начальник, экипаж пять-шесть человек, и все. А на крейсере уже десятки, плюс десант, и за каждого ты в ответе. Зато и мощь такая, что даже шестисотому рейдеру можно реактор оторвать и сказать, что так и было.

Они беседовали еще целый час, пока уже совершенно осоловевшего Ника не отпустили отдыхать. А сидевший в кабинете генерал еще раз посмотрел личное дело Ника Росса и на лицевой странице, там, где была фотография, написал «Личный кадровый резерв» и поставил свою электронную печать.