Камея из Ватикана

– Он все равно узнает, – сказала Саша мрачно. – У тебя телефон не работает.

– Так телефон и в Дождеве то и дело не работает!

Они еще постояли, а потом, не сговариваясь, побрели в сторону озерца под березки.

– А если придется здесь ночевать?

– Значит, переночуем, – сказала Саша, стараясь быть храброй.

Она чувствовала ответственность за Тонечку. Она не могла себе этого объяснить, но твердо знала, что отвечает за кудрявую, романтичную, жизнерадостную сценаристку. Она словно… присматривала за Тонечкой, хотя та ни в каком присмотре вроде бы и не нуждалась.

По высокой, по-весеннему мягкой и тонкой траве они добрались до поваленного дерева и уселись.

Темная вода в озерце была ровной-ровной, ни складочки. И березы стояли не шелохнувшись.

– Должно быть, летом тут красиво, – уныло сказала Тонечка. – И купаться можно. Вон с той стороны, где сосны. Там наверняка дно песчаное. Я не люблю, когда на дне ил и водоросли.

– Я вообще реки и озера не очень люблю, – призналась Саша.

– А что любишь? Море?

– Море. – Саша сорвала травинку и сунула в безупречные зубы. – Особенно Балтийское. И сосны. И гулять. Где-нибудь в Юрмале.

– Я была один раз и ничего там не знаю.

Саша вдруг обрадовалась:

– Вот кончится вирус, я тебя приглашаю! Все покажу! Где ресторанчики хорошие, где кофе вкусный! Где хороший плед купить недорого! В Ригу съездим, в Домский собор, в картинную галерею. Там отличная галерея современного искусства.

– Ничего не понимаю в современном искусстве.

Саша махнула рукой:

– Да и не надо! Можно просто так походить, удовольствие получить.

– Спасибо, – Тонечка сбоку посмотрела на собеседницу.

…Вот было бы счастье, если б Саша Шумакова на самом деле оказалась «хорошей»! Они и впрямь вместе поехали бы в Юрмалу и пошли на органный концерт или стали бы гулять по бесконечному песчаному пляжу. И Тонечка познакомила бы ее с мамой. Она была уверена, что они бы понравились друг другу.

…Но ведь зачем-то Саша говорила неправду! Она утверждала, что раньше была в Дождеве всего один раз, тем не менее в ее домике явно чувствовалась женская рука. И пудреница обнаружилась в «альпийской горке», а камея, наоборот, пропала!

Тонечка сунула руку в карман и проверила находку – на месте.

Так выходит, что камею могла взять только Саша, ведь она первая увидела мертвую Лидию Ивановну. Если старая княгиня на самом деле внезапно умерла от сердечного приступа, прятать камею она сама уж точно не стала бы, она ведь не собиралась умирать! И Саша самая подходящая кандидатура на роль подозреваемой, как это называется в сериалах.

Тогда кто закрыл в доме княгини шторы? И зачем?..