Камасутра для Микки-Мауса

Уж мы ее лупим-лупим, Клавка зимой, я летом, а толку? Брешет безостановочно! Вы ее просто не знаете!

От негодования я промахнулась и уронила кусок фарша прямо на голову Мули. Пока тугодумка Мульяна соображала, что за подарок послала ей фортуна, проворная Ада подскочила и мигом проглотила неожиданное угощение. Мулечка, сообразив, что ее обидели, собрала на лбу складки и залаяла. Ада побежала в гостиную, Мульяна за ней.

– Магдалена уехала, – решительно повторила я.

Ни за что не отдам девочку тетке, по-моему, в родной семье над ней просто издеваются, постоянно ругают, попрекают, даже бьют.

– Куда? – удивилась Аня.

– Я не знала ведь, что вы захотите племянницу к себе забрать, и отправила ее в лагерь.

– Какой?

– Пионерский, то есть, простите, оздоровительный, до тридцать первого августа.

– Да? – растерялась Аня. – Тогда ладно. Чего же Клавке-то не сказали?

– Не успела.

Из трубки понеслись гудки. Я продолжила процесс жарки котлет. Однако эта Аня не слишком воспитанна, взяла и швырнула трубку. Внезапно телефон снова зазвонил.

– Как место-то называется? – спросила Аня. – Где лагерь находится, скажите, съезжу за племянницей, Клава велела с нее глаз не спускать.

Однако! Да сестры просто кровожадные злодейки, им просто необходимо мучить несчастную девочку.

– В Израиле, – мигом нашлась я, – милое такое местечко возле Иерусалима.

– Возле Истры, что ль? – не поняла Аня. – По Рижской дороге? Так недалеко.

– Там Новый Иерусалим, – прервала я ее, – имею в виду настоящий Иерусалим, в стране Израиль, неужели никогда не слышали?

– У евреев, что ли? – воскликнула Аня.

– Да.

– За границей?

– Именно.

– И мне туда не попасть?

– Без загранпаспорта и визы никак, – решительно отрезала я.

– Ага, – ошарашенно буркнула Аня, – значит, ясно.

В трубке снова запищало, я перевела дух. Клава не знает адреса нашей дачи, следовательно, ее малопривлекательная сестрица не свалится мне на голову, и Магдалена спокойно проживет лето в Алябьеве. Ей-богу, некоторым людям совершенно не стоит заводить детей!

Глава 25"

"После жаркого, липкого дня наступила душная ночь. Вопреки моим ожиданиям, не стало прохладней. Даже под тонкой простыней было невыносимо жарко, а подушка походила на раскаленный уголь. Промучившись без сна, я осторожно дошла до кухни и вытащила из холодильника мороженое. Через пять минут мне стало только хуже, захотелось пить. Пришлось вновь бежать к холодильнику, но холодного «Боржоми» не нашлось, бутылку я обнаружила на столе, на веранде. Теплая, без газа вода оказалась безумно противной. Поняв, что заснуть не удастся, я выползла во двор и легла в гамак. В голове было пусто, тело отяжелело, неожиданно ко мне начала подкрадываться дрема. Вместо того чтобы пойти в дом, я лениво закрыла глаза. Полежу тут, на улице.