Kalip

В таком положении я помог бы каждому.

— А я думал, вернее, надеялся, что вызываю у тебя хоть капельку симпатии.

Кай не стал отвечать. Налил вина в бокал и сделал глоток.

— Давай продолжим наш разговор, — Аршад опять затянулся кальяном, потом, посмотрев на Кая, произнёс, — ты мне нравишься, понимаешь, в каком смысле я это говорю. Но почему ты так себя ведёшь? Что не так? Объясни мне. Я готов не форсировать, не торопить тебя. Я знаю, что ты не спал с мужчиной, — Кай опустил глаза, — я буду очень нежен с тобой, я не причиню тебе боли. Кай, посмотри на меня. Я не могу понять тебя, — Аршад выпрямился на подушках, — хорошо, давай начнём с простого объяснения — я тебе неприятен? Не нравлюсь?

— Нет! Что ты, это не так!

Аршад смотрел на лицо Кая и заулыбался, видя, что Кай слишком быстро это сказал, слишком эмоционально, значит, он всё же нравится ему.

— Хорошо. Тогда в чём дело? — Аршад чуть придвинулся к столу, смотря на Кая в упор, — понимаешь, я ведь тех, кого хочу, никогда ни о чём не спрашиваю. Я привык брать то, что хочу. Впервые я пытаюсь понять, хотя достаточно взмаха моей руки — и ты будешь лежать на той кровати лицом вниз, задом кверху. Не молчи, объясни мне, почему ты так себя ведёшь со мной?

Кай понимал, что Аршад действительно сейчас пытается дать ему шанс сказать, хотя раньше он просто брал то, что хотел.

Кай просунул руку под ворот рубашки и достал крест на цепочке, висящий на его шее. Показал его Аршаду.

— Я верующий, крещёный. По православной вере мужеложство — страшный грех. Я буду проклят и попаду в ад. Я просто живу по законам моей веры, — Кай убрал обратно крест.

Аршад отодвинулся от стола, опять прилёг на подушки. Махнул рукой, показывая на прогоревшие угли в кальяне. Подбежал слуга и засуетился.

Кай и Аршад молча наблюдали, как слуга поменял угли и заново раздул кальян. Затем Аршад затянулся опять. Было видно, что он думает. Кай не мешал ему, изредка поднося бокал вина к губам.

Так прошло минут двадцать.

Наконец, Аршад заговорил:"

"— Я отношусь с глубоким уважением к людям, почитающим свою веру. Неважно, что эта вера противоречит моей. Для меня любой верующий достоин уважения. Я понял, что ты не прикрываешься религией, ты говоришь то, что есть у тебя в душе. Поэтому я так долго обдумывал твои слова. Теперь я понял тебя и твое поведение, — Аршад смотрел в глаза Кая, — выслушай мое решение: я не хочу стать тем, кто направит твою душу в ад. Такого греха я на себя не возьму, мой бог меня покарает за это. Поэтому я хочу с тобой прийти к разумному договору в наших с тобой отношениях. Я уже сказал, что тебе нечего опасаться, я не стану виновником попадания тебя в ад, но если ты сам только не примешь для себя решение быть со мой или если ты не примешь решение быть с другим мужчиной, тогда ты должен быть и со мной.