Калиновый мост

Забавно, что она сама не заметила, а Захар так глубоко это воспринял, как свой провал или несостоятельность. И теперь будто бы каждым прикосновением компенсировал ей все засосы и отметины, где зубы чуть сильнее необходимого кожу сжимали, когда Захар своей ее делал. А Лэля… Да не было ей больно от той его ненасытной страсти, что оставила эти метки! Никакого дискомфорта!

Только он не слушал. И больше ни разу таким… диким, что ли, почти по-звериному жадным не был, как в первый раз. Хотя… Ух! У нее и сейчас внутри все вибрировать начинало, стоило вспомнить. Однако Захар, наоборот, настолько бережным и осторожным стал, словно боялся ее поломать. Так ласкал, будто она из тумана и облаков состояла вся, и могла развеяться, просто выдохни он чуть сильнее. Держал себя в тисках, как в железных обручах, что дубовые бочки накрепко обхватывают.

— Кто здесь против? — мигом задохнувшись, стоило ладоням Захара завладеть ее грудью, отозвалась Лэля прерывистым шепотом. — Не будет голова болеть от стянутых волос…

Она лукавила, у нее ни разу не болела голова, если косу плел Захар, а вот когда сама… Не знала почему, но руки как-то на инстинктивной привычке туго-туго затягивали пряди, как жгут, и чтоб ни единой волосинки не выбилось. И как ни старалась ослабить, сбивалась, все равно сильнее тянула, почти до слез на глазах. Потому Захар и вмешался первый раз, оттого и дальше стал все время просить разрешить ему для нее это сделать. Не могла понять, откуда такой рефлекс? Кто и когда приучил Лэлю именно так волосы убирать? Но нельзя было не признать, что у любимого выходит куда нежнее и мягче. Да и в эту секунду не о прическе думалось… Вернее, совсем уже не о ней!..

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Сейчас держаться было легче… Не на расстоянии от Лэли, ха (!), с этим ему не совладать никогда, но себя в руках. Луна пошла на убыль, и его привычное безумие сдало позиции, приняв поражение в очередной раз. Правда, нельзя было не отметить, что даже это темное неистовство, что вечно жило в разуме Захара, благоговело перед девушкой, ответившей ему «да»…

Предки! Не верил, что подобное возможно, не надеялся уже, что встретит ту, кто к нему путь найдет, просто обнулив все иное. И именно тогда, когда разочарование достигло апогея, эта девушка очутилась в его доме, в его жизни и в руках Захара!

А ведь Лэля прекрасно ощущала, что с ним не все просто так. Он знал и понимал это. И она понимала. Да только, выходит, не это важно для Лэли… За что он ее ценил только больше!

Или он обманывается, и Лэля не понимает?.."

"Она ему ангелом казалась, хрупким, воздушным, точно из утренней дымки созданной.