Калиновый мост

Наяву представила, как сейчас в нее вонзятся те самые огромные острые клыки… И это добило ее сознание!

С тоненьким всхлипом, захлебываясь непонятно откуда вырвавшимся истеричным рыданием, она резко рванула назад с силой и скоростью, которых сама от себя не ждала! Оттолкнулась от столба и поползла, как какой-то фантасмагоричный краб-переросток, спиной пятясь туда, где ей дверь помнилась! С дикой, для самой себя необъяснимой прытью!

Страшно так, что почти невыносимо. Уши заложило! Ничего не слышала, не понимала ничего, кроме собственного пульса, подрывающего череп, словно десять барабанов ей разом в голову впихнули, и стучали по тем с невиданной силой! Виски, казалось, реально в такт этим ударам пульсировали.

— Ой!

Со всей силы впечаталась плечом в косяк, но боль сейчас радостью показалась! Правильно двигалась, значит! Провалилась в дверной проем, толкнув дверь! Навалилась на нее всем телом изнутри. Затаилась…

Каждую мышцу колотит, трясет, зуб на зуб не попадает, сердце в груди бухает с безумной частотой, даже ребра болят, а Лэля прислушаться пытается, и сама подвывает от страха!

Хватит ли у нее силы удержать дверь, если зверь за ней сейчас ломиться начнет? Понятия не имела!

Однако никто не бросился на двери следом за ней. Не последовало никаких ударов, не было попыток прорваться сквозь ее хлипкий барьер… А Лэля в какой-то ступор впала, видно, откат. Мозг в отключке, заполнен абсолютно неясными вспышками-картинками: ночь, деревья, корни, о которые цепляются ноги, яркий, слепящий свет фар, дикий страх и мужской гогот… Уже вспоминала это вчера, но так и не поняла.

Не смогла уловить мысль и сейчас.

Как маленький ребенок, забившийся в угол под кровать, в попытке спрятаться от ужасных монстров, угрожающих из темноты… Сама не понимала, что продолжает тихо рыдать… Нет, даже скулить, раскачиваясь, и медленно отползает от двери непонятно куда, пока в стену не уперлась. Какую? Где? Ничего не знает, совершенно потерялась в темноте своей головы, обрывочной неясной памяти и пережитом ужасе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Лэля! Господи, девочка моя бесценная! Что случилось? Голова закружилась? Ты зачем поднялась? Сейчас плохо?

Захар… До нее даже не сразу дошло, что он пришел. Не так и просто оказалось осмыслить, что мужчина здесь, рядом, к ней, похоже, бросился, что-то уронив на пол, рухнул на колени, судя по звукам.

— Захар! — как отмерзло что-то внутри!

На его голос рванула, тут же оказавшись в крепком и горячем кольце сильных рук, таких надежных, самых желанных, уже ставших родными, дающих уверенность и чувство полной защиты, непоколебимых…

И вдруг новый ужас плеснул в груди.