Калейдоскоп

 — Он не представил объяснений, а она не спросила. — Ты побудешь с детьми?

Александра кивнула. Интересно, куда он идет? Несколько лет назад у Анри был роман — она знала об этом и теперь от всей души понадеялась, что история не повторится. Тогда она не стала поднимать шума: во Франции это в порядке вещей. Ничего страшного. Она с удовольствием проведет вечер с девочками. Лишь бы за этой отлучкой не крылось что-то серьезное!

— Я предупрежу кухарку, дорогой. Это деловая встреча? — она постаралась произнести это как можно беззаботнее.

Анри нахмурился: вопрос показался ему нарушением приличий. В это время в комнату ворвались дочери. Они никак не ожидали увидеть отца, и на Анри с Александрой обрушился шквал радостных возгласов. Мари-Луиза, в короткой темно-синей юбочке, из-под которой выглядывали длинные, тонкие, как у жеребенка, ножки, и восхищенно и застенчиво взглянула на отца и устремилась к матери.

Анри никогда не выказывал при детях чувства к жене. Зато ему нелегко было устоять перед младшей дочерью, ее миниатюрной копией. Девочка весело плюхнулась к Александре на колени и тотчас занялась разными предметами на письменном столе. Анри забеспокоился, как бы она не опрокинула чернила.

— Аксель! — строго прикрикнул он. Девочка безбоязненно уставилась на отца; в глазенках мелькали озорные искры.

Иногда Анри ловил себя на страшной мысли: вдруг она станет такой, как бабушка по материнской линии? Поэтому он сдерживал себя и был особенно строг с ней.

— Будь осторожна с мамиными вещами!

— Я осторожно, папочка. — Ее ангельские голубые глазки искрились весельем. Пухлые губки сложились бантиком. У нее все еще была полненькая детская фигурка, в отличие от Мари-Луизы, которая в последнее время вытянулась и стала изящнее.

— Меня сегодня выгнали из класса, — гордо провозгласила Аксель.

Александра рассмеялась. Жалко, что папа не дожил, не увидел вторую внучку. Он наверняка был бы без ума от Аксель и радовался успехам Мари-Луизы. Обе они прелестны.

— Здесь нечем хвастаться, мадемуазель. Что ты натворила? — строго, но втайне гордясь дочкой, спросил Анри.

Он в который раз пожалел о том, что у него нет сына, продолжателя рода. Как это Александра оплошала — не подарила ему сына? Это был ее единственный изъян, и Анри постоянно давал ей это почувствовать.

— Мамочка, хочешь жвачку? — не унималась Аксель.

Александра вздрогнула. Это лакомство она давала дочери потихоньку от мужа, потому что тот не одобрял этого увлечения. Но младшая дочь вечно ее выдавала. Что касается Мари-Луизы, то она предпочитала лакрицу и шоколадные конфеты. А вот Аксель обожала выдувать пузыри из розовой тягучки.

— Нельзя, — ответил за Александру Анри и, напомнив жене о своем списке, отправился в собственный кабинет.