Калейдоскоп

Нам и так будет нелегко узнать друг друга… — Они улыбнулись друг другу. Александра набралась мужества и спросила: — Остальные уже приехали?

Джон изо всех сил старался сохранять уверенно-беспечный вид. Но на самом деле его глодала тревога. От Хилари не поступило никаких сигналов, и он очень боялся, что она не приедет.

— Нет еще. Мегана обещала прибыть около шести. А Хилари… — он замялся.

Александра могла понять сестру, но все равно опечалилась.

— Неужели отказалась?

— Не так прямо. Я объяснил ей, что вы с нетерпением ждете встречи. Кажется, не преувеличил?

Александра подтвердила его правоту и стала про себя молить Бога, чтобы сестра нашла в себе мужество приехать. Воспоминания вновь превратили сердце Хилари в открытую рану, и она вполне может уклониться. Всей душой Александра надеялась на лучшее. Где-то в недрах ее существа жила маленькая девочка, остро нуждавшаяся в старшей сестре.

— Будем держать пальцы скрещенными, — сказал Чепмен.

Он ввел свою спутницу в просторный холл. Отсюда правая дверь вела в небольшую гостиную, а левая — в большой светлый зал с уютно горящим камином и прекрасно сохранившейся мебелью викторианской эпохи. Александра шепотом спросила, где хозяин дома, Артур Паттерсон.

— Наверху, отдыхает.

С Артуром приехали две сиделки. Утром Джон подумал: это просто чудо, что еще жив! Казалось, этот человек из последних сил тянул до радостного события. Вряд ли он еще выдержит несколько дней. За четыре месяца он постарел лет на двадцать. Было заметно, что его терзает боль. Но он с надеждой ожидал встречи трех сестер.

— Вы уверены, что они приедут? — допытывался он у Джона. Тот заверил, что все будет в порядке. Только бы Хилари не подвела. Но она ненавидит Артура… Может, и к лучшему, если она не приедет? Старик не вынесет конфронтации. После обеда сиделка заставила его прилечь. Он сойдет к ужину, когда все будут в сборе. Джон представит сестер друг другу… и Артуру.

Александра осмотрела несколько комнат.

— У дома обжитой вид, как будто мистер Паттерсон проводил здесь по многу времени. Дом обставлен с любовью."

"Джон улыбнулся и не стал объяснять, что старик решил сделать этот особняк своим последним приютом.

— Хотите подняться на второй этаж?

— С удовольствием.

Интересно, подумала Александра, сколько же ему лет? Иногда в Джоне проглядывает что-то мальчишеское — и в то же время он зрелый мужчина, и серьезный, и озорной — не то что Анри… По сравнению с Анри все кажутся мальчишками. Она так привыкла к властному характеру мужа, его привычке командовать, строгому лицу и широченным плечам, что вдруг затосковала. На его фоне даже самые лучшие выглядели легковесными, всем чего-то недоставало.