Кактус второй свежести

– Эти очень вкусные, – сказал следователь, – орехи, мед, шоколад.

– Если я это даже понюхаю, мне сразу поплохеет, – объяснил Салкин, – у меня аллергия на мед и орехи.

Беседа велась в специально оборудованном помещении, ее слышали в соседнем кабинете. Вскоре в комнату, где находились Никанор и Вениамин, вошла девушка и со словами «Срочное сообщение» положила перед следователем бумагу, там был какой-то ненужный текст, а в нем выделены слова: «Мед, орехи – да. Отмечено в медкарте поликлиники очень давно». Понятно, что Вениамин не мог есть эти конфеты. Никанор еще раз попросил Салкина угоститься, тот повторил про свою золотуху, и тогда Базыкин предложил:

– Заберите их с собой, кого-нибудь угостите, лакомство редкое.

– Я с женой в разводе, – буркнул Веня, – некого радовать.

Кроме фантиков на местах преступлений остались следы ботинок. Салкина природа наградила аж сорок шестым размером, а отпечатки соответствовали сорок второму. Если было бы наоборот: у Вениамина размер меньше, а у следов больше, то можно предположить, что он влез в слишком большие штиблеты, чтобы обмануть ментов, натолкал в носок вату, натянул три пары носков… Но как огромную лапу запихнуть в штиблеты намного меньше?

Дегтярев прервал речь.

Глава двадцать восьмая

– Возле какого-то тела нашли паспорт моего брата, – прошептала Галина.

– Верно, – согласился полковник, – но Никанор Степанович понял, что паспорт Салкина подбросили, поэтому он долго беседовал с Вениамином, расспрашивал его о близких друзьях и родне. Тот отвечал: «Есть младшая сестра. Больше никого нет. Как мой документ оказался рядом с убитой, не знаю. Я его всегда при себе носил, в борсетке. Да в автобусе ее кто-то срезал. Вышел я на остановке – нет сумки. Я пошел в районное отделение, написал заявление». Сложив вместе все факты и свое мнение о Салкине, Базыкин отпустил его. Мы тут говорили, что Салкина задержали. Но это неверно, его пригласили для беседы. К сожалению, почти сразу после разговора с Вениамином у Никанора Степановича прямо в кабинете случился инсульт, он попал в больницу и больше к работе не вернулся. Думаю, у него возникли те же мысли, что и у меня сейчас. Салкин во время разговора с Базыкиным впервые услышал об убитых женщинах. Он не изменился в лице, сделал вид, что понятия не имеет, кто мог нападать на несчастных. Но обмануть Никанора никому не удавалось, он понял: Вениамин кого-то подозревает. Паспорт у него на самом деле стащили, в районном отделении было заявление об украденной борсетке. Если бы удостоверение личности просто сгинуло, то вопросов не возникло бы, карманник взял деньги, остальное ему без надобности. Но паспорт обнаружили около трупа, значит, кто-то решил подставить Салкина.

Дегтярев опять взял Галину Петровну за локоть.