Кактус второй свежести

– Я не так думала, – защебетала Вера, – в ресторане ваще никого нет, только свои. Если дедок на улице откинется, то мы станем ньюсмейкерами. Весь проспект прибежит покойника фоткать, наша вывеска в кадр попадет. Только ленивый потом не напишет, что в «Пловко» мумию ядом угостили. А внутри кому снимки делать? Но дядьке лучше стало, они поели и ушли. И вдруг я узнаю! Старуха – бывшая жена владельца ресторана! Звать ее Анной.

Глава одиннадцатая

– Кто вам сказал, что в «Пловко» приходила Прыгина? – задал вопрос Дегтярев.

– Так Тоня всем в уши насвистела, – ответила вместо хозяина его любовница.

– Кто здесь Антонина? – уточнил Дегтярев."

"Вера молча вскочила и помчалась к занавеске, которая закрывала вход в служебные помещения. Я опять ей позавидовала. Девушка способна резво бегать в обуви с платформой десять сантиметров? У меня это не получится.

– Тотоша, ты меня звал? – спросила худенькая женщина, высовываясь из служебной части.

– Расскажи частным детективам, не полиции, как сюда приходила Анюта, – попросил Макаров.

– Она намазалась, парик натянула, да я ее сразу узнала, – заявила тетушка, подходя к столику, – как была противной, так такой и осталась. Хотела у Антоши ресторан отнять, да не получилось. Он его открыл до того, как на лахудре женился. Сейчас гадюка про заведение такое в интернете пишет! Что случилось? Мужик ее очередной помер?

– Жив, но лежит в реанимации, – ответил Дегтярев, – поел у вас и уехал на «Скорой».

– Вы проверили? – не утихла Антонина. – Правда он там? Анька врет как дышит! Очень у нее складно выходит, сначала веришь в ее басни. Антошу эта дрянь ненавидит за то, что он ее быстро раскусил и развелся. Уж сколько мужиков через нее потом прошло, не знаю, пора забыть бывшего-то! Но нет! Неймется ей! Вы в клинику позвоните, небось услышите, что здоров ее хахаль! Спектакль Анька устроила. Отравили ее полюбовника очередного? Да ну? Почему в полицию сразу не погнала? А?

– Не хочет шума, – ответила Марина.

– Ой, правда? – всплеснула руками Тоня. – Барабанщица грохота боится. Небось напела вам в уши: «Ресторан я сама открыла, Антон мерзавец мне изменил, я его благородно отпустила, ничего не взяла».

Антонина задохнулась от возмущения и замолчала.

– Если кратко изложить нашу беседу с Прыгиной, то вы кое в чем правы, – согласился Дегтярев, потом полез в карман, вынул телефон и посмотрел на экран.

– Дешевый цирк, – высказалась Тоня, – поверьте, я знаю Аньку с детства. Она с пеленок была лгуньей.