Какого цвета убийство?

Позднее она узнала, что это были осколки костей черепа Юнаса Рооса. Нина охнула. Почувствовала, как ее ухо задел порыв ветерка. В рот ей попала кровь, и еще что-то липкое – в левый глаз. В тот момент, когда она собиралась выпустить сумку и схватиться за пистолет, из груди Юнаса ударила красная струйка, и Нина услышала, как пуля ударилась о землю между ее ботинок. Тело все еще стояло вертикально – как он может стоять, почему он не падает? Последовал звук выстрела – наверное, через секунду после того, как исчезла его голова: тревожный хлопок, пронесшийся над лесом. Пальцы Нины разжались, выпустив наконец красивую кожаную спортивную сумку. Та упала на землю. Девушка поднесла вторую руку к лицу, потрогала липкую субстанцию на щеке, в глазу, в волосах. Боже, да она вся в чем-то… Она увидела, как медленно обернулся Хельмарк с округлившимися глазами, и тут последовал еще один выстрел – вернее, его звук. Корель кинулся к Мари, которая стояла, словно приросшая к земле, когда тело ее мужа наконец начало оседать: сперва опустились плечи, потом согнулись ноги, и он подстреленной тушей (а разве не так?) упал на колени и вперед навзничь.

Корель тут же налетел на Мари и сбил ее с ног. Реакция у него была мгновенна, а силища – как у быка. С глухим звуком женщина рухнула на землю.

Нина вытерла лоб – рука казалась чужой. Господи, все такое липкое…

– Какого хрена?! – проревел Хельмарк, двумя быстрыми шагами оказавшийся рядом с Ниной. Он буквально подхватил ее на руки, понес к машине, распахнул дверь и впихнул ее внутрь. Она ударилась головой о дверь и коленом о руль. Спасибо, босс. Комиссар захлопнул водительскую дверцу с такой силой, что вся машина затряслась.

Пригнувшись, он побежал к Корелю и прорычал:

Тот кивнул, схватил Мари под мышки и поволок ее по земле к «Вольво». Через пять секунд он уже сидел за рулем. Повернув ключ, выехал задним ходом, взрыв колесами гравий, газанул и со свистом унесся прочь.

Хельмарк спрятался за второй машиной, двумя руками сжимая пистолет, и огляделся.

Нине показалось, что сердце в груди сейчас взорвется. Приложила руку к шее – и тут прилипли мозги Юнаса Рооса. Мучительно сглотнув, она сосредоточилась на борьбе с подступившей тошнотой.

Тело валялось в грязи и в луже из крови и всякого месива. А вокруг стояла тишина. Ни звука – лишь легкое шуршание деревьев. Выждав приличное время, Хельмарк распрямился во весь рост, видимо, решив, что опасность миновала.

Он сделал несколько шагов к останкам господина Рооса. Нина приоткрыла дверцу машины, но не смогла вылезти. Шок отнял у нее все силы, ноги не слушались. Откинувшись на спинку сиденья, она закрыла глаза.

– Какая сволочь проболталась? – сказал Хельмарк трупу.