Как воспитать приют и мужа

И Юлиан вдруг ощутил совершенно неуместный в данной ситуации укол желания. – Ты должен разбудить сначала меня, понятно?

– Портал открыть и на Землю смотаться по-быстрому? – огрызнулся Юлиан. – Прости, демиургом не подрабатываю. И некромантом тоже.

Он думал, что спровоцирует девушку на какие-то действия. На жестокость или что-то подобное, уместное здесь и сейчас. Но Элеонора, одновременно похожая и непохожая на его жену, лишь тихо рассмеялась.

–- На Землю, говоришь? – вкрадчиво прошептала она, потянувшись к его плечам. Хрупкие руки легли на него, и Юлиан оцепенел. – Это успеется… Я там жду и дождусь тебя, милый. А вот здесь… могу не дождаться и умереть. Если ты не разбудишь меня. Ее. Нас.

– Кого?! – нервы Юлиана не выдержали, и он рыкнул на девушку, силой отрывая ее руки от своих плеч. Но вместо этого Элеонора лишь обвила ими его шею, притягивая ближе к себе."

"– Неважно. Знать тебе этого пока не положено… – мурлыкнула она и вдруг, подавшись вперед, прижалась губами к его губам в таком сладком, таком жадном поцелуе. Словно в этой игре положено было вести ей, а не ему.

Юлиан поддался, покорно отвечая на поцелуй. Теряясь в ощущениях, чувствуя, как все сильнее кружится голова. Как тогда, перед тем, как прыгнуть в портал и оставить девушку одну, на Земле, под взрывами.

«Отдать ее на верную смерть…»

– У тебя есть шанс все исправить! Не медли… найди ее! – вскрикнула девушка, отрываясь от его губ и касаясь их кончиком пальца. Будто запечатывая их так плотно, что Юлиан не мог проговорить ни слова. Лишь смотреть в глаза Элеоноры, понимая с ужасом, что начинает путать девушек. Жену и… эту девушку с Земли.

– У вас… Глаза одинаковые! – вдруг выдохнул Юлиан прямо в ее нежные губы, и впился в них поцелуем уже сам. Горячем, сумасшедшем, неудержимом. Сминая ее губы, как розовые лепестки, вспоминая почему-то уже не девушку с Земли, а ту, единственную, с которой его повенчали…

«Какая она единственная?! У вас брак по расчету! Вынужденный… Тебе от нее нужно только одно – артефакт. И сдать с рук на руки императору…»

Юлиан понимал, что так было до этого. Ровно до того момента, как он переступил зыбкую грань и упал из реальности в этот сладкий, слегка тошнотворный морок. Болото парило, а девушка в его руках начала плавиться. Таять. Неуловимо изменяться. Ее фигура стала более женственной и округлой, наряд стал точной копией того, в чем Элеонору положили в лодку во время ритуала. Его пальцы сами собой запутались в длинных волосах оттенка меда и первых солнечных лучей над горизонтом. Когда ресницы девушки затрепетали и взметнулись вверх, Юлиан понял, заглянув в золотисто-карие глаза, что держит в руках уже… свою жену. Живую. Целую и невредимую.