Как воспитать приют и мужа

Сжать бы голыми руками горло – и плевать на магию и оружие!

Только потом в глаза бросилось, что платьице на груди Энни мерно колышется. Живая. Дышащая.

Юлиан не смог сдержать вздох облегчения. Захотелось прислониться горячим лбом к ближайшей стене, приходя в себя. Однако в этот момент Мейсон достал продолговатую шкатулку. Поворот ключа в небольшом замочке – и в тощих длинных пальцах оказался ритуальный кинжал, похожий на меч-фламберг. Тонкое лезвие шло волной, а посередине было выгравировано какое-то заклятье.

– Нет! – коротко вскрикнула Элеонора.

Мейсон рывком повернулся к ней. Пользуясь моментом, Юлиан ударил магией. Сфера энергии ударила прямиком по кинжалу, выбивая из рук. Он отлетел на пол, прокрутившись на нем, как стрелка компаса.

– Не смей их трогать! – прорычал Юлиан.

Он вышел на свет, и коротко свистнула сталь обнаженного клинка.

***

Я рванулась в оковах, как только увидела Юлиана. Так сильно, что грубые железные края больно оцарапали запястья.

– Юлиан! – вскрикнула я.

В первую секунду он рванулся ко мне. На руках затрещала магия, чтобы разрушить оковы. Однако Мейсон оказался быстрее. Мощные разряды вырвались из его ладоней, устремляясь к Юлиану.

Он едва успел развернуться. Вовремя вскинутый магический щит задрожал от силы удара.

– Зря ты пришел! – выкрикнул Мейсон. – Или хочешь посмотреть, как умрут твои жена и дочь? Им не место в этом мире! А этой попаданке еще хватает наглости перемещаться туда-сюда! В конце концов, притащит за собой с Земли каких-нибудь тварей вроде упырей и уничтожит этим наш мир!

– На Земле нет упырей! – огрызнулся Юлиан, замахиваясь мечом.

– Да какая разница?! – увернувшись от удара, Мейсон окончательно рассвирепел.

Он взмахнул рукой. Темная магия приняла форму стаи летучих мышей. Эфемерных, расплывчатых, но готовых отравить одним укусом. Этот прием я запомнила еще с тех пор, как меня учил Дамиан. И сейчас сердце мучительно замерло, оборвалось от страха за самого дорогого мне человека. Того, кто в сто раз дороже, чем все земное прошлое.

Юлиан и Мейсон сошлись в схватке не на жизнь, а на смерть. Ритуальный кинжал резко вспыхнул зеленым. Лезвие потянулось, как змея, выползающая из норы. В итоге, в руке Мейсона оказался полноценный меч с волнистым клинком. Оружие схлестнулось так яростно, что едва не посыпались искры."

"Оба противника – ловкие, быстрые, натренированные и разъяренные. Оба – расчетливые, способные на хитрости и разгадывающие уловки друг друга за секунды.

Взмах ровного меча – глубокий порез на боку Мейсона. Ответный удар волнистого клинка – кровавый росчерк на плече Юлиана. Я вскрикнула, словно острое лезвие прошлось по мне.

В пылу схватки противники не забыли и о магии. Причем, все повышая ставки.