Как воспитать приют и мужа

Связанный стражник открыл рот, собираясь позвать на помощь, но тут же получил сонным заклятьем от Юлиана. И вместо громкого крика раздался не менее громогласный храп.

Глава 24

Мы спустились в подземелья, освещенные лишь светом факелов. На удивление, среди бесконечных камер – ни единого стражника.

– Скольких же здесь могут держать пленников? – спросила я тихо-тихо, но в акустике собственный голос все равно показался чересчур звонким.

– Много, – мрачно ответил Юлиан. – Митрий не привык жалеть кого-либо.

В этом я убедилась сама, когда мы прошли мимо одной из камер. На грубо сколоченной лавке сжался в комок человек в лохмотьях. Худой, изможденный, с кровью на посеревшей коже после многочисленных побоев и пыток.

В первый момент я бросилась к решетке, обхватывая ее пальцами. Весь план забылся, взяло верх желание помочь, спасти, вытащить отсюда! А потом в глаза бросился остекленевший взгляд. Я похолодела, замирая на месте.

– Пойдем, – мягко сказал Юлиан, и мне на плечо опустилась теплая ладонь. – Он мертв.

Я закрыла глаза. Стало жутко от мысли, что Агни оказалась в руках такого, как Митрий. Ведь похоже, в нем не осталось ничего человеческого. А может, никогда и не было. Хотя Юлиан рассказывал, что Митрий искренне скорбел, когда от руки разбойника на дороге погибла его сестра. Похоже, вся человечность на том этапе и закончилась, выгнила… А судя по слухам, верилось, что и смерть могла быть подстроенной. Я глубоко вдохнула, отгоняя эти мысли. И вовремя. Ведь слепо следуя за Юлианом по путанным подземельям, я не заметила главного. Пока он не вскинул руку с резким:

– Стойте!

Оказалось, что все пространство впереди затянуто тончайшими паутинками. Прозрачными, почти незаметными. Разве что под определенным углом.

– А я еще думал, почему нет стражи, – хмыкнул Дамиан.

– Это сложное заклятье, – сказал Юлиан. – Используем магию, чтобы уничтожить «паука», и точно зацепим паутинки. Митрий сразу почувствует.

Я проследила за его взглядом. За паутиной, растянувшейся по коридору шагов на пять, и правда находился «паук». Сгусток магии размером с ладонь с восьмью лапами и полупрозрачным, слегка светящимся брюшком. Он завис под самым потолком – так сразу и не заметишь.

– Нужно атаковать самого паука? – вполголоса спросила я.

– Да, но магией нельзя… – начал Юлиан.

Я уже не слушала. В моей ладони оказался метательный кинжал. Лезвие – тонкое, короткое, не длиннее пальца. Не зря взяла с собой."

"Прищурившись, я прицелилась. А потом натренированный замах – и кинжал кувыркнулся, взлетая вверх. Он проскочил как раз между паутинок. Миновал одно переплетение, второе, чудом не зацепил третье… Острие вонзилось прямиком в брюшко «паука». Тот ярко вспыхнул зеленым. А вместе с ним – и все паутинки, оплетающие коридор.