Как в индийском кино

И не только посмотрела, но и высказалась бы по-простецки, без соблюдения должных норм этикета! Как же Алла все сыграла! Я не первый год в профессии, но у меня и тени сомнения не возникло. Ну нигде не сфальшивила! Да, хорошая была бы актриса! Гениальная!»

Я ехала домой и по дороге продолжала размышлять над всей этой историей. Конечно же, Михаил, он же Рома, все знал о жизни Вадима, о вынужденной женитьбе, о том, что дочь не от него, о ненормальных отношениях в семье… Все знал, да только помочь ничем по-крупному не мог. Кем он тогда был? Курсантом, молодым офицером… Потом он узнал, чем по-настоящему Вадим занимается, понял, что добровольно его не отпустят, и посоветовал копить деньги. С тех пор, наверное, Вадим и стал свою зарплату на счет матери перечислять. Он, наверное, и раньше, до мурманской истории, неплохо зарабатывал, раз смог и квартиру холостяцкую себе купить, и мать содержать, и Аллу. Когда Лариса ему лицо расцарапала, он точно просчитал, что его ни в коем случае не отпустят, вот и выдвинул такие несусветные требования, зная, что его подопечные на это согласятся. Он, скорее всего, и сам на свои деньги играл, чтобы будущее обеспечить, – значит, мысль о побеге у него уже тогда крутилась.

Когда же Михаил вышел в отставку и руки у него были развязаны во всех отношениях: ни семьи, ни службы, – он, узнав от Смирновых, куда Лариса поехала отдыхать, специально с ней познакомился. Закрутил роман, приехал вслед за ней в Тарасов и через нее попал на работу в фирму Вадима, благо биография у него была – чище некуда, вот никакие подозрения на него и не пали! Как же Михаил все разыграл! Права была консьержка в доме Смирнова – если хочешь расстаться с алкоголиком, начни уговаривать его бросить пить. Так и вышло! Инициатором разрыва стала Лариса, так что Шмаков ему еще и сочувствовал. Нет, ну какой же Михаил умница! А впрочем, их же специально учат манипулировать людьми.

Конечно, за время работы за границей, а работал он во многих странах, и связями оброс, и друзьями. Так что его ничуть не затруднило вызвать сюда какого-нибудь знакомого индуса, чтобы тот открыл ресторан. А уж с контейнером еще проще получилось. Правда, с паспортами на новые имена для Вадима и всех остальных ему, наверное, пришлось повозиться, но в деньгах его никто не ограничивал, а это намного упрощает проблему. Это Вадим был к Тарасову привязан, а Михаил мог разъезжать по миру куда угодно, вот и купил заранее дом в какой-нибудь тихой европейской стране с мягким климатом. И обговаривать Михаил с Вадимом могли все что угодно, потому что апартаменты Смирнова не прослушивались, и второй сотовый телефон у Вадима наверняка был, черт-те на кого оформленный, чтобы он мог с Надей разговаривать – ведь они полгода не виделись.