Как укротить маркиза

Нэйт отправил весть в Лондон, но кузен едва ли успеет вовремя. Мама так тяжело дышала…

Ее глаза распахнулись.

– Джеральд, – просипела она, перепутав сына со своим давно покойным братом.

– Это Нэйт, мам. – Он склонился ближе, чтобы она смогла рассмотреть его лицо. – Хочешь выпить воды?

– Нэйт! – Мать схватила его за руку, не отвечая на вопрос. – Нэйт… – Она сглотнула. – Береги Маркуса.

Он погладил ее пальцы, чтобы успокоить, и подавил невольное раздражение от того, что в последние минуты жизни мама говорит о кузене, а не о нем.

– Буду, мама. Ты же знаешь, что буду.

– Я не смогла… – У нее перехватывало дыхание. – Я не сумела сберечь Джеральда.

Но она продолжала, словно не услышав его:

– Не будь я такой эгоисткой… не выйди я замуж за Филиппа…

– Но ты любила отца.

Нэйт никогда в этом не сомневался. Родители его друзей лгали, изменяли друг другу, но его родители – никогда. Их взаимная преданность была в его жизни такой же константой, как и ежеутренний восход.

Маркиза недовольно пошевелила головой, лежащей на подушке.

– Да, но Филипп мог жениться на ком угодно. А у Джеральда была только я. – Пальцы матери сжались, ногти впились в кожу Нэйта. – Береги Маркуса ради меня, Нэйти.

– Конечно, мама. – От многочисленных повторов эти слова прозвучали автоматически.

– Проклятие… будет набирать силу. Когда Маркусу исполнится тридцать, ты должен очень внимательно за ним следить.

Она попыталась сесть.

Нэйт мягко заставил ее снова опуститься на подушки.

– Возможно, Маркус сумеет полюбить, – сказал он, пытаясь успокоить ее. – И тогда проклятие будет разрушено.

Хватка умирающей поражала своей силой.

– Но это вполне вероятно, мама.

Браки по любви были редкостью в высшем обществе, но все же случались.

– Маркусу всего двадцать один год. У него еще есть время. И если он встретит девушку, которую сможет полюбить, проклятие потеряет свою силу. Все закончится.

– Можно. Если герцог Харт женится по любви…

Лицо маркизы исказила гримаса.

Мама никогда раньше не говорила об этом.

Но, наверное, она просто что-то путает. И это неудивительно. Как бы ни была сильна вера в загробную жизнь, смерть повергает в ужас любого, кто с ней столкнется.

А если любовь не в силах разрушить проклятие, Маркус обречен на долгую одинокую жизнь.

Нэйт тихо успокаивал мать. Ничего другого ему в голову не приходило.

Бедная мама. Нэйт готов был пообещать ей что угодно, только бы облегчить ее страдания.

Он попытался ответить спокойно:

– Да, мама. Не волнуйся. Я присмотрю за Маркусом. Клянусь тебе.

Наконец испуганное выражение исчезло с ее лица. Она отпустила руку сына и слабо улыбнулась.

– Ты очень хороший мальчик, Нэйти. Я знаю, что ты сдержишь слово.

Она откинулась на подушку и медленно закрыла глаза.