Как Трисон стал полицейским, или Правила добрых дел

– Погоди, – махнул рукой старик, – давайте разберемся, номер ему квартиры. Вы сейчас и старуху мою до смерти напугаете. Меня вон довели, что упал в грязь… Вы что творите?

– Упасть не страшно, старина, страшно не подняться, – усмехнулся Сергей и добавил: – Хорошо, давай разберемся, только быстро. Как девочка оказалась у вас в квартире?

– С этого бы и начинали, – бормотал дед. – А то…

– Давайте не будем сейчас претензии предъявлять, мы ищем похищенную девочку. Промедление, как говорится, смерти подобно!

– Мне эта идея сразу не понравилась, – закачал головой старик. – Но, понимаете, у меня не было выхода. Вы точно так бы поступили на моем месте.

– Мужик, не тяни кота за хвост, говори! – крикнул Рашид Рифатович.

– Да сосед сверху буквально десять-пятнадцать минут назад позвонил в дверь и говорит, так, мол, и так, срочно нужно в больницу, жена умирает, то ли инфаркт, то ли кома, ну, иными словами, наговорил короб и маленькую тележку и попросил посмотреть за племянницей. Обещал вечером забрать. Ну как откажешь?

– А фамилия соседа? – спросил полицейский.

– Да понятия не имею, – это квартира уже сто лет сдается. – Я даже не знаю, кто в ней хозяин.

– Хорошо, – Сергей извинился перед стариком, объяснив тому, что это дочь Рашида Рифатовича.

– А у нас молоко закончилось, вот бабка меня и отправила в магазин. Не кобель у вас, а лев какой-то! – усмехнулся старик.

Сравнение неплохое. Со львом меня еще никто не сравнивал. Мы все поняли, что преступник решил перестраховаться.

– Его уже здесь нет, – произнес Сергей. – Наверняка он наблюдал за нами. М-да, хитрая бестия.

– И что? – спросил Рашид Рифатович. – Выходит, мы его сегодня уже не поймаем?

– Думаю, сегодня вряд ли, – тяжело вздохнув, ответил один из полицейских.

Бабушке, супруге «грустного молочника», конечно, повезло, потому что старик вернулся домой вместе с полицейскими и спокойно все ей объяснил, даже сначала смягчая рассказ тем, что сосед сверху вернется не сегодня и, дескать, попросил знакомых забрать девочку. Катя, увидев отца, расплакалась. Она уже поняла, что совершила серьезный проступок и, видимо, испугавшись наказания, бросилась к отцу и ударилась в слезы.

– Эх, Катька-Катька, – запричитал отец, – как же ты могла? Ну как же ты могла уйти с незнакомым человеком?

– Папочка, – оправдывалась Катя, – он знакомый ведь.

– Как знакомый? – переглянулись полицейские. – Ты его раньше видела? Как его зовут?

– Дядя Федя. Да, видела, – закивала девчонка.

– Когда и где? – спросил отец.

– Вчера, – быстро-быстро заморгала Катя. – Он вчера сидел у нас во дворе на лавочке, когда я каталась на качелях.

– Ты с мамой была? – спросил папа.

– Мама разговаривала с тетей Ниной и тетей Таней.