Единственная для князя. Как долго я тебя искал

А, если эта Мара придет? У тебя хоть амулет есть… ведь есть?

– Угу! – зыркнула на Дарью, понимая, что пора прекращать фарс. – Да только неправда это о волках и ведьме. Бояться нечего. Дашка нарочно придумала дух охранительный, чтобы вас напугать. А в лес мы пошли тайник детский проверить.

– О! Так, ты вспомнила? – обрадовалась Марфа.

– А как же о тайнике узнала? – Мила исполнилась подозрительности. Моим заверениям, что опасности нет, ни на грош не поверила.

– Я во сне увидела, – влезла с признанием неожиданно посерьезневшая Дарья. – Представляете? Мне той ночью приснилось Аськино прошлое! Разве так бывает?

– Вот теперь у меня мурашки по коже! – призналась Марфа. – Я тоже видела что-то странное, только не запомнила. И это… ночью так жарко сделалось. Знаете, когда кот забирается под бочок и греет? А я вроде бы сплю, но чувствую, как грудь тяжестью сдавило, не вздохнуть. Проснулась в холодном поту – никого. Милка спит, свернувшись клубочком. Значит, не могла случайно перекатиться. Да и как бы у нее это получилось? Я тут же в сон провалилась, а на утро позабыла все. Показалось, будто дурной сон приснился. А теперь заговорили о странностях, и я вспомнила.

– Ася, а когда обратно поедем? – с причитанием спросила Мила. – Я уже по родной гимназии заскучала.

– Может, сейчас уйдем? Пока хозяева спать легли? Разбудим Зорина, расскажем правду, он тебе не откажет, – предложила Марфа. – Я с воротами справлюсь, открою, а он нас на паромобиле вывезет. Дорога тут одна, не заплутаем.

– А Зоя Матвеевна? Она же с хозяйкой в одной комнате спит! – напомнила Милка. – Как же мы ее тут одну бросим?

– Девочки! Никто и никого бросать не собирается. На ночь глядя тоже бежать не следует. Дорога, может, и одна, да только в темноте пойди, разгляди ее. Давайте подождем до утра и решим, что делать дальше, – предложила разумный вариант.

В этот момент в дверь постучалась помощница и с нашего разрешения затащила поднос с заварником и четырьмя чашками. К чаю прилагались блинчики со сладкими начинками и пирожки. Поблагодарив девицу за труды, выпроводила ее и прикрыла дверь. Затем взяла заварник, подошла к окошку, распахнула створки и выплеснула содержимое наружу.

– Мы же собрались бодрствовать? А чай для сна заварили, – пояснила свои действия, а то Мила уже возмутиться хотела.

– Ну, хоть пирожков-то можно? Вкусные. Когда еще вдоволь наедимся?

Насчет еды возражений не последовало, и мы честно поделили угощение на четверых. Засиделись допоздна, подбадривая друг друга разговорами. Мила клевала носом, но стойко держалась. Я не выдержала и сжалилась.

– Ляг, поспи, а я присмотрю. Девочки, и вы ложитесь. Я подежурю первой и через три часа разбужу Марфу, чтобы сменила, а после Дарья покараулит.

– Все равно страшно, – прошептала Мила.