Как сбежать от дракона и открыть свое дело

Пришлось отойти ещё на пару шагов.

— Ронель, можно тебя на пару слов? — внезапно обратился Эйстейн к радужному дракону.

— Разумеется, — откликнулся тот.

— Если хочешь спросить своего родственника о том, почему тебе перестала подчиняться система управления замком, то не трудись, — насмешливо произнес Фил. — Ответ есть у меня.

— И что же ты сделал? — возмущенно воскликнул Эйстейн. — Ты посмел покуситься ещё и на мою собственность?..

— Я все же хочу ответить на вопрос, а не выслушивать поток несуразных обвинений, — оскалился Фил. — Уважаемые члены комитета уже могли убедиться в том, что Виктория способна управлять собственной Силой, и эта Сила такова, что может удержать даже черного дракона…

Все дружно посмотрели на Арамара. Он выглядел уже не таким счастливым, но Анаель из объятий больше не выпускал. Видимо, понял, что ее нужно защищать от всего, в том числе и от маленьких драконов."

"— Какое отношение запирающие чары, которые эта женщина создала наверняка при помощи артефакта, имеют к моему замку? — воскликнул Эйстейн. — И почему ты вообще говоришь от имени моей пары?

— Я — фамильяр Виктории. Ты ведь в курсе, что она ведьма? Ах да, ты вообще знаешь, что у твоей пары есть имя?

— Меня не интересует её прошлое! — заявил Эйстейн.

— Жаль. Жаль, потому что её прошлое непосредственно повлияет на твое будущее.

— Еще раз повторяю — какое это отношение имеет к моему замку?

— Тори, я сейчас попрошу тебя сделать одну важную вещь, — произнес Фил мысленно. — Ты можешь спровоцировать Эйстейна на то, чтобы он попробовал снова забрать у тебя Силу?

— Спровоцировать-то я могу, — откликнулась я. — Но эта твоя просьба как раз из тех, где необходимо доверие. В прошлый раз дракон лишил меня всех сил, и физических в том числе. Очень неприятно, знаешь ли, не иметь возможности даже пошевелиться от слабости.

— Я знаю, каково это, — Фил обернулся ко мне и посмотрел в глаза. Его облик «поплыл», окутываясь фиолетовой дымкой, но потом снова стабилизировался. — Мне хорошо известно, как себя чувствует тот, кого лишили разом всего, что он имел. Я тот, кто долго был заперт в слабом теле. И, как будто бы этого недостаточно, я сидел в клетке…

— Я прекрасно помню нашу первую встречу, и то, как ты при этом выглядел, — вздохнула я.

— Виктория Михайловна!.. — обратился ко мне Ронель. — Я вижу, что у вас с… фамильяром наверняка важный разговор. Очередной. Напомню, что мы явились сюда не затем, чтобы наблюдать ваши мысленные беседы…

— Тебе все равно не уйти от меня, пара, — добавил Эйстейн. — Но пусть будет по-твоему. Если ты хочешь компенсацию, я ее выплачу. Это всего лишь деньги.

— Хорошо, Фил, я сделаю, как ты просишь. Тем более, что золотого мальчика давно пора поставить на место.

— Благодарю за доверие, Тори.