Как отделаться от декана за 30 дней

Я несмело касалась плеч, проводила ладонями по буграм мышц, чувствовала биение его сердца, шла на поводу у собственных желаний. Я не принадлежала сама себе. Казалось, моя душа отделилась от тела и наблюдала за происходящим со стороны. И картина была впечатляющей — молодая девушка пылко отвечала на страстные поцелуи не менее возбужденного мужчины.

— Лилит… — раздался возле уха шепот вперемешку с хрипом. — Тебе следует немедленно покинуть мои покои. Иначе может быть поздно.

Дариел нашел в себе силы отстраниться и отойти от меня на безопасное расстояние. Он тяжело дышал, его грудь часто вздымалась. Передо мной стоял не тот сдержанный мужчина, которого знала все это время, а другой — сбросивший с себя маску. Настоящий.

Я шумно втянула в себя воздух и закусила губу. Постепенно начали собираться воедино мысли, разлетевшиеся по задворкам сознания. И только теперь до меня дошло, что на протяжении всего поцелуя я не ощутила привкуса кофейной настойки. Но как ему это удалось? Я ведь видела опустевшую чашку.

— Вы не пьяны, — это был не вопрос, а утверждение.

Я снова попалась на крючок…

Дариел изобразил удивление, словно не понимал, о чем я. Вот только он заметно переигрывал.

— А должен? — от былой хрипоты в низком голосе не осталось и следа.

Его самообладанию стоило позавидовать. Он прекрасно держался. Я же до сих пор не могла оторваться от платяного шкафа. Боялась, что упаду, едва сделаю шаг. Тело по-прежнему не принадлежало мне: руки и ноги дрожали, голова кружилась, сердце собиралось покинуть пределы, а дыхание все еще было сбивчивым.

— Нет-нет, конечно нет, — спохватилась я, чувствуя, как брюнет загоняет меня в ловушку. Неужели ждал объяснений?

— Лилит, ты чего-то не договариваешь. Кстати, а что ты делаешь в моей спальне? — его темная бровь вопросительно изогнулась.

Мужчина пристально смотрел мне в глаза, и это походило на пытку. Каждый из нас играл выбранную роль, не намереваясь признаваться в содеянном.

— Видимо, задумалась по пути…

Внезапно взгляд, метавшийся по огромному помещению, превосходившему по размеру мои покои раза в два, а то и в три, наткнулся на резную дверь, очень похожую на ту, что столько времени не давала мне покоя.

— Не может быть… — прошептала еле слышно, ощущая, как по спине бежит холодок. Вслед за ним на щеках вспыхнул предательский румянец, а с губ слетел горестный стон.

Если я все правильно поняла, то неудивительно, что у Натаниеля было такое странное выражение лица, когда он застал меня на четвереньках в библиотеке. Почему сразу не связала все воедино? Негодование, толика обиды, чувство вины — все слилось воедино. Вдобавок заворчала совесть, давила на грудь неподъемной гранитной плитой. Хотелось укрыться, не столько от Дариела, сколько от самой себя.