Как нагадать жениха и проблемы

Щедро налил его в свою ладонь, прекрасно понимая, что эта фиолетовая гадость отмоется с моей руки только через пару дней. Но сейчас для меня было главным – позаботиться об Агате.

Она орудовала ножницами и медленно продвигалась своей соблазнительной пятой точкой все ближе ко мне. И как только она оказалась на расстоянии вытянутой руки, я крепко схватил ее ягодицу своей фиолетовой ладонью.

– Эй! – вскрикнула она, и в миллиметре от моей ширинки тут же оказались ножницы.

– Тс-с, милая. Я просто обрабатывал твою рану, – я выставил перед собой руки, в подтверждение своих слов демонстрируя фиолетовую ладонь.

Агата поджала губы, громко икнула и… ее глаза моментально распахнулись.

– Жжёт! Нэйт! Оно жжёт! А-а-а-а!

Следующие десять минут мы с Агатой лежали на ее постели. Я активно дул на ее красивый фиолетовый задик, пока она жалобно скулила в подушку, что я испортил единственное красивое ее место."

"Когда Агата замолчала, я обеспокоенно заглянул в ее лицо, и осознав, что она наконец-то спит, устало рухнул на соседнюю подушку.

Водрузил свою ладонь на пострадавшее «самое красивое место» и… моментально вырубился.

Глава 48

Агата

– Чем вы думали?! – орал Герхард, деловито расхаживая по гостиной Нэйта со сложенными за спиной руками.

Жандарм появился на пороге Нэйта в одиннадцать утра. С хорошими новостями.

Сообщил, что ночью забрал из кабинета Мартина все компрометирующие документы. А когда «честный» начальник появился на пороге отдела с желанием самостоятельно разобраться с «гнусной шайкой воров», его арестовали.

Пока незаконно.

Ведь ни у одного из жандармов, находящихся в отделе, не было таких полномочий.

Герхард срочно вызвал Совет Жандармерии и ждал появления вышестоящего руководства к завтрашнему утру. Он очень надеялся, что ему не влетит за самоуправство в отношении своего начальника. К тому же доказательств вины Мартина Д'эстри у него было предостаточно. Дан, к счастью, к утру подружился с головой. Правда, теперь он решил, что я – сотрудник жандармерии, работающий под прикрытием, и требовал у Герхарда встречи со мной.

Но жандарм сразу приступил к делу. Он предложил здоровяку сотрудничество вместо тюрьмы – и Дан не раздумывая согласился. За утро он уже успел наслушаться угроз, что сыпались из соседних камер, где сидели его «дружки».

Дан рассказал жандарму, что кража из музея Анхеля перед Новым годом – не их рук дело. Мол, у них в планах была добыча покрупнее. Сразу всё собирались вынести.

Вот тогда и настал наш с Нэйтом час испортить хорошее настроение Герхарда…

– Вот просто скажите мне: чем вы, мать вашу, думали?!

Уже двадцать минут жандарм поглядывал на красный подарочный мешок с украденными артефактами и орал на всю гостиную.