Как мы с Вовкой. Лето с пионерским приветом. Книга четвёртая

Затем торжественно зажгли костёр. Мы втайне гордились собой. Ведь именно мы сделали его гораздо выше и больше. Но никто этого не знал. Это был ещё один наш неоценённый вклад в жизнь лагеря.

– А ну-ка подвиньтесь, – Сергей Иванович присел рядом с нами на траву, подвинув Алексея. – Ты выиграл, – обратился он к нему.

– Я же говорил, – усмехнулся вожатый.

Нам стало интересно, что он выиграл, и они нам рассказали. Утром Алексей с Сивычем поспорили. Сивыч сказал, что мы обязательно что-то вытворим на закрытие смены, а Алексей утверждал, что наоборот. Видимо, поэтому он нас просил ничего не делать сегодня.

– На рубль поспорили, – добавил Сергей Иванович. – О, Мишка, ты как тут? Не иначе как рано делать выводы? Не без твоего же участия всё было.

Мишка попытался было встать, решив, что его сейчас будут отчитывать, а потом с позором выгонят, но Сивыч махнул рукой, предлагая ему сесть обратно."

"– Да ладно. Ты для лагеря почти как свой. Бессменный пионер, – успокоил он его.

В это время к старшему пионервожатому подошёл сторож и что-то сказал ему на ухо. Сивыч сказал, что сейчас вернётся, и ушёл. Через несколько минут он вернулся.

– Ох, Мишка, и влетит тебе, – сразу начал он, и Мишка опять напрягся. – Да сиди ты. Дед твой приходил. Говорит, домой приехал сейчас, а бабка ему сразу с порога, мол, Мишка вместе с пионерами из лагеря доски куда-то упёр. Ополовинили. И я, кажется, догадываюсь, что за пионеры с тобой были. А я-то всё думал, где Кузьмич доски такие на костёр раздобыл? А оно вон что.

В общем, Сергей Иванович поговорил с дедом Мишки и пообещал, что сам с нами беседу проведёт. Как-никак прощальный вечер с друзьями, зачем ругаться. Да и костёр хороший получился. Дед в итоге махнул рукой и сказал, что будь она неладна, эта пионерия со своим костром. Да ещё и за его счёт. Но Мишка с ним теперь на лесопилку поедет отрабатывать. Ну а как вернётся, он всё ж всыплет ему ремня для порядка. А со своими пионерами сами разбирайтесь.

– И получается, что всё-таки я выиграл спор, – повернулся он к вожатому. – А то я уж расстроился, что твои подопечные меня подвели.

На следующий день, когда мы уже собирались и готовились к отъезду, Сергей Иванович зашёл к нам.

– Ну, – обнял он нас с Вовкой. – Приезжайте ещё. А Дмитрию Сергеевичу от меня пламенный пионерский привет передавайте.

Мы с Вовкой переглянулись, не понимая, о чём это он.

– Какой ещё Дмитрий Сергеевич? – переспросили мы.

– Дядя же ваш, – как ни в чём не бывало ответил Сивыч.

И тут выяснилась причина нашей безнаказанности за все проступки. Перед началом смены Сергею Ивановичу один товарищ сообщил, что до него дошли слухи, что в наш лагерь едут два племянника одного очень значимого партийного работника. Как их зовут и как фамилии, он не знает.