Как я строил магическую империю 7

Требовалась очень серьёзная предварительная подготовка. А это значит ещё пытки, причём уже не только физические… Сука, как же я это не люблю. Хотя стоит заметить, что сейчас мысль об этом никаких негативных эмоций не вызывает.

— Наконец-то, ваше сиятельство, — проговорил пленник. — Давно вас жду!

— И зачем же? — усаживаясь на стул напротив и отзеркаливая его гнусную улыбку, спросил я.

— Ну как же, ваше сиятельство! Вы же, несмотря на возраст, явно умнее, чем ваши костоломы, так что быстрее поймёте, что гораздо лучше договориться полюбовно…

— Правда? — Я продолжал улыбаться, но стал понемногу нагревать металлический столб, а также ошейник и сковывающие руки и ноги ублюдка браслеты. — Тогда внимательно слушаю.

— Нас всё равно вытащат! — чувствуя повышение температуры, заволновался пленник. — И против вас лично мы ничего не имеем!

— Толя имеет.

— Толя? Не знаю такого! Но нам просто нужна тетрадь! Нам даже хватит копии и всё. Занимайтесь дальше своей деревней. У вас так хорошо получается… А-а-а!

Последние слова пленник протараторил совсем быстро, а в конце заорал.

Я прекратил нагрев, но остужать металл не торопился.

— Никаких тетрадей вы не получите, а твой хозяин скоро умрёт. Знаешь, что твоя кожа уже прикипела к ошейнику и браслетам?

Пленник не ответил, он выл, стараясь повернуться так, чтобы его жгло меньше, и, разумеется, у него ничего не выходило."

"— А делаю я это просто потому, что мне нравится причинять тебе боль, — кровожадно усмехнулся я. — Это никак не скажется на допросе, ты и так всё расскажешь. Просто мне приятно. Ты понимаешь? Вы убили моего человека и ранили больше двадцати… Ты что, реально думаешь, что после этого я отдам вам тетрадь или хотя бы вас обменяю? Ну ты и идиот… Больно?

Пленник продолжал извиваться и скулить…

— Смотри, — продолжил я. — Если ты веришь в загробную жизнь, то, считай, тебе повезло… А вот если нет… То тебе не стоит останавливать меня, а наоборот, максимально слиться с тем огнём, что тебя сейчас жжёт… ты ведь, наверное, замечал, что, когда нам плохо, время идёт медленнее. Замечал?

К моему удивлению, пленник кивнул.

— Ну так вот! — ещё шире улыбнулся я. — У тебя времени на этой земле осталось с гулькин нос… И ты должен сказать мне огромное спасибо, ведь, причиняя тебе боль, я для тебя его растягиваю. Давай, скажи: «Спасибо, Дмитрий Николаевич!»

— Пошёл на хер… — прохрипел пленник.

— Одобряю, — кивнул я. — Но это тебе не поможет. Смотри, что я умею.

Я поднял руку с ножом, и его лезвие тут же резко удлинилось, а потом ещё и изогнулось, приняв форму змеи. С маленькими глазами-бусинками и распахнутой пастью, где между двух клыков торчал раздвоенный язычок.

— Нравится? — спросил я, глядя, как глаза диверсанта становятся всё шире.