Как я строил магическую империю 6

— Штурмовики с пленными пошли к тому транспорту, который их привёз, — ответил на мой незаданный вопрос сидящий за рулём лодки Дубровский.

К слову, кроме нас двоих, на борту никого не было и вокруг уже стояло привычное звуконепроницаемое поле. Правда, в этот раз его генерировал сам разведчик.

— Ясно, — буркнул я и полез в лежащий рядом рюкзак.

— Вот, это вам Марина просила передать.

Геннадий Станиславович прямо превратился в заботливого дядюшку и протянул мне маленький кожаный мешочек. К своей радости, я нашёл там пять уже знакомых пузырьков. Значит, Марина — это та кареглазая брюнетка с железной задницей, что уже дважды откачивала меня.

— Спасибо, — кивнул я и принялся опустошать пузырьки. — Что по поводу моего вопроса, Геннадий Станиславович? Дадите манки?

— При одном маленьком условии. — Серые глаза доброго дядюшки знакомо хищно блеснули.

— И каком же?

— Вы захватите для меня главу Спарты.

— А-а… — Я перегнулся через борт и, зачерпнув холодной воды, умылся. — Ну, я попробую, конечно, но прям обещать не могу. Есть вероятность, что он случайно погибнет.

— Мои люди вам помогут…

— О… тогда точно нет. Никаких неподконтрольных мне людей. Там и так будет хаос, ещё и за них переживать.

— За них не надо переживать…

— А если они помрут сдуру? Нет. Говорю, я попробую сам его захватить.

— Дмитрий Николаевич, — провёл ладонью по лысине Дубровский. — Мне надо, чтобы группа людей, которых я пришлю, была там и захватила Александра. Это моё условие.

— Извините Геннадий Станиславович, меня это не устраивает, — пожал плечами я. — Забирайте свои манки, я с вас материальное вознаграждение деньгами возьму.

— Да, что ж такое, — главный разведчик империи устало (или театрально) вздохнул.

Так обычно делают родители, когда что-то очевидное объясняют детям, а те их игнорируют. Но мне все эти штуки были по барабану — я достал из рюкзака завёрнутый в тряпку бутерброд с толстым куском мяса и с огромным удовольствием откусил от него так много, как смог.

Следующие три минуты мы так и сидели. Я ел всё, что находил, и пил компот из фляги, а Дубровский сверлил меня укоряющим взглядом.

— Ладно, — произнёс он, когда понял, что я не собираюсь продолжать разговор. — То, что я вам сейчас скажу, государственная тайна, и об этом не должен знать никто. Вам понятно?

Мне понятно гораздо больше, чем ты думаешь, но мы ещё поторгуемся."

"— Может быть, Геннадий Станиславович, у вас сложилось впечатление, что я сам ищу все вот эти секреты, связанные с «Центром» или ещё с кем… Так вот, это ни фига не так. — Я рассмеялся, вспомнив вечерний разговор. — Вот вы мне сейчас расскажете свою тайну, а потом кто-то скажет, что это опять случайность в ту же цепочку. И хрен я потом докажу, что вы сами мне еë выдали.