Как я строил магическую империю 11

Едва приговорённый к смерти Универсал поднял ладонь, как весь первый ряд, состоящий из самых сильных магов, одновременно ударил.

Зал наполнился оглушительным грохотом, треском и шипением. Всё заволокло дымом, а стекла вылетели наружу.

«Наконец-то!» — пронеслось в голове у Никифора.

Он ничего не ответил Универсалу, но тот угадал. Именно глава клана «Камни» был среди первых, кому в голову пришла идея поднять бунт. Да, против Золоторецкого было сложно бороться, но его сменщик оказался далеко не так осторожен, хитёр и умён.

«Надо было быть таким тупым, чтобы прийти сюда!»

На лицо Никифора выползла улыбка, правда, она тут же погасла — на него вдруг навалилась тяжесть и стало трудно дышать.

— Нужно проветрить, — прохрипел он.

К его облегчению, кто-то успел додуматься до этого раньше, и видимость постепенно возвращалась, правда, легче главе «Камней» от этого не становилось.

«Что ж мне так плохо-то? — подумал он и, чтобы не упасть, схватился за край стола. — И кто продолжает бить-то? Там от этого козла уже не осталось ничего».

Стараясь сфокусировать взгляд, Никифор мотнул головой и тут сообразил, что звуки применяемой магии и вроде даже как приглушённые выстрелы раздаются за его спиной.

С трудом сдерживая тошноту, он повернул голову, и от увиденного его ноги приросли к полу.

С другой стороны зала, там, где находился проход, за которым должен был ждать резерв, цепочкой стояли люди Универсала. И возглавлял их он сам! Половина «Ягуаров» поливала зал огнём из автоматов, а другая вовсю лупила разнообразной магией.

— Какого хрена? — едва шевелящимися губами прошептал Никифор.

Он поднял руку, но скастовать ничего не успел: выпущенная пуля, не встретив сопротивления куда-то подевавшихся щитов, пробила ему лоб.

Полковник вооружённых сил Перми Валентин Семёнович Шапошников в окружении почти сотни своих бойцов стоял напротив дома, из окон которого сейчас валил дым.

Конечно, ему было не жаль тёзку, и руководство подтвердило его решение не вмешиваться, но военного немного напрягала некоторая неопределённость. Сотрудничая со столь сомнительными личностями, он никогда не исключал вероятности, что в какую-то горячую голову придёт идея напасть на них.

Но это ощущение, скорее, шло от профессиональной осторожности, разумеется, головой полковник понимал, что самоубийц здесь нет. Осталось просто дождаться, пока выйдут новые хозяева Трои и позовут его. А он им выставит новые условия, которые, естественно, будут хуже тех, о которых они договорились с Золоторецким. И, конечно, в этом случае можно будет сэкономить и на оплате уже проделанной работы.

— Вроде затихло, — прошептал помощник полковника капитан Фролов.

И действительно, в доме повисла мёртвая тишина.