Как до Жирафа…

 – А почему?

– А зачем? Мне и так хорошо, – пожала плечами Катя, и я понял, что она сказала это, не чтобы как-то выпендриться, а правда не пьёт. Удивительный пушистый зверёк из Красной Книги, эта моя ромашка.

– Ну тогда вернёмся к литературе, – подмигнул я ей. – Итак, книга, которая произвела на вас самое большое впечатление.

– «Воспламеняющая взглядом» Стивена Кинга и «Вино из одуванчиков» Рэя Брэдберри. Причём последняя просто снесла с ног. Самое начало произвело наибольшее впечатление. Вы читали?

Я изумлённо кивнул – девушки, читающие Брэдберри и Кинга, оказывается, водятся на этом свете. Быть такого не может!

– Там в начале повествования мальчик, главный герой, описывает лес, – засияли восторженно Катины глаза. – Я вообще-то существо городское, но мне случилось несколько лет назад очутиться в лесу. И знаете, у Рэя Брэдбери было описано именно моё ощущение – живое, почти дословное, удивительное! Хоть я и не американский мальчик…

– Однозначно. – Я снова глянул на её грудь под синим шёлком. Шёлк мешал. – А ещё?

– Ещё мне нравится Фаулз.

Я попросил рассказать. На сцене вещал товарищ из Бауффа, звенели регалиями друг перед другом бизнесмены, поблёскивали бриллиантами и просто стекляшками Сваровски разряженные дамы и не очень дамы, периодически играла музыка, вручали награды-статуэтки чёрт знает за что, фоном менялся за спиной свет. А мне всё стало безразлично. Даже забыл про Лану, сверлящую мне спину через несколько столиков. И про Сибирскую нефть с лицом гамадрила.

Передо мной был спектакль получше: Катерина говорила о книгах, о сюжетах, о героях, словно они были её соседями и гораздо более живыми, чем все вокруг. Её глаза блестели, ресницы вспархивали, как две бархатные бабочки, губы… Чёрт, я сегодня же попробую эти губы! И хотелось прямо сейчас!

– Что же вы ничего не едите? – спросил я. – Попробуйте эти канапе. Мелочь, а приятно.

– Спасибо. Но мы же вроде на работе, – сказала Катя. – Сейчас набью рот, появятся ваши партнёры, и как я буду переводить?

Я махнул рукой:

– Да наплюйте вы на этих партнёров! Уже не появятся. Прокатили, мерзавцы…

– Жаль.

– А мне нет. Пойдёмте лучше танцевать? А потом разыграется аппетит, мы съедим всё и ещё закажем. Кстати, ваш любимый «Dusk Till Dawn» играет, грех пропустить. – Я встал и подал ей руку.

– Но никто же не танцует, – растерялась она.

– Вот и чудно! Люблю быть во всём первым, – широко улыбнулся я.

Мне наградой было прикосновение пальцев к ладони, нежное замешательство и обволакивающая женственность так близко, что у меня закружилась голова.