Как до Жирафа…

– Хорошо, – я вытерла глаза.

– Водички хочешь?

Я пожала плечами. Лана забрала у меня бутылку и сказала:

– Хотя какая нафиг водичка, если есть шампань? Пойдём на кухню.

* * *Мы сидели за круглым столом, накрытым красно-белой клетчатой скатертью в идеально чистой кухне с высокими потолками, стенами, отделанными под дикий камень, с геранью на окнах и претензией на Францию.

– Я снимаю эту каморку, – сказала Лана, разливая шампанское по бокалам. – Ни на что более приличное денег не хватает.

– Тут очень симпатично, – не покривила я душой и спросила осторожно: – А почему «Лана»? Ты же Светой была.

– Да дура потому что, – отмахнулась она. – Для Андрея. При знакомстве представилась, решив, что он такой весь офигенный, а я просто студентка на каникулах с простецким именем. С ходу придумала «Лана»… Потом уже Света вымерла, Лана осталась. Для всех.

– А-а… – Я крутила в пальцах бокал, не зная, с чего начать.

– Прости, что спрошу, ты тоже развелась?

– Да. Мужу я бездетная оказалась не нужна.

– Все они сволочи!!! – зло насупилась Лана, глотнула шампанского и взглянула на меня. – Но погоди, ты ж ещё потом могла родить.

– Нет. – Я покачала головой. – У меня на почве стресса сбой в организме произошёл. После Ванечки. Месячных до сих пор нет.

– Гормональное? – с сочувствием спросила Лана.

– Врачи не знают, в чём дело. Я пила гормоны. И даже антидепрессанты. Не помогло.

– Тоже уроды. Вот скажи, где в мире справедливость? Кто хотел до ужаса ребёнка, ничего не вышло, а кто не хотел… Ладно, проехали, – тяжело вздохнула Лана, посмотрела на угол стола, расправила складку на скатерти и подняла на меня глаза. – Так о чём ты хотела поговорить?

– Как раз об этом. О ребёнке, – я набралась смелости и попросила: – Не забирай Машу у Андрея, пожалуйста."

"– Это он тебя послал? – напряглась Лана.

– Нет. Его я нигде не могу найти. Я боялась, что он придёт к тебе…

– И что?! – поджала губы Лана, снова подпуская к себе агрессию.

– И сделает тебе плохо, а потом плохо будет ему. Он был… не очень вменяемый, когда я я видела его в последний раз.

Лана вытаращилась изумлённо:

– То есть ты пришла меня защищать?!

– Вас обоих. И Машу. Не знаю, что ты ему сказала, но он сейчас не в себе. Совсем не в себе.

– Ты реально ненормальная. То есть ты не в курсе?

– Нет.

– Я сказала Гринальди, что он Машке не отец, – хмыкнула Лана.

– Зачем?!

– Да чтобы хоть чуть-чуть помучился, почувствовал, как людям бывает больно! – воскликнула Лана и вскочила со стула. – Ему же наплевать на других, понимаешь? Он эгоист! И сволочь! Для него только Машка и существует, а остальные, весь мир – не люди! Ну что ты так на меня смотришь? Скажешь, он на работе лапочка? Не поверю! Вы ведь вместе работаете? Так что, скажешь?!

Я вздохнула:

– Не скажу, он жёсткий начальник.