Как до Жирафа…

Но я их всегда старалась быстро закрыть, сразу после умиления испытывая мучительную зависть и считая, что мне такое счастье в реале недоступно. И вот он оказался рядом, настоящий, любящий. Мой царевич. Самый прекрасный на свете! И он… – я сжала обрывки повестки в повлажневшей ладони, – он готов на преступление. Ради дочки.

Я осмотрелась вокруг растерянно. Что же делать?! В отчаянии набрала номер царевича, умоляя про себя: Андрюша, родной мой, любимый, ответь!

Не ответил. Телефон по-прежнему был выключен. Куда же теперь? Где его искать?!

Я достала из сумки тетрадь, вырвала лист и написала на голубых клеточках:"

"«Андрей! Андрюша! Я волнуюсь. Позвони мне, пожалуйста!»

Подумала и приписала:

«Ты нужен мне, как… как ты! Ты нужен мне! Вы оба нужны!!! Катя»

И я пошла к лифту, судорожно размышляя. Пока заторможенный лифт спустил меня к Добрыне, в голове сложилось решение: надо ехать в офис. Он может быть там. Или у своего отца дома. Ведь когда плохо, прежде всего обращаются к родителям! Надежда загорелась в душе – ВГ разумный, он не позволит Андрею наделать глупостей. Даже хорошо, что диктатор! Но я… я должна быть в этом уверена! Телефон и адрес старшего Жирафа наверняка должны быть у охраны.

– Ну что? – спросил Добрыня. – Теперь домой?

– Нет, мне нужно на работу, в Жираф, – сказала я.

– Так поздно уже!

– Супермаркет еще работает.

– Как скажете, Катюша, – развёл руки Добрыня. – А что случилось-то?

– Пока ничего, – выдохнула я. – И надеюсь, что ничего не случится.

Мы в две секунды сели в чёрный Порше и поехали.

– Завидую ему, – вдруг признался Добрыня.

Я растерянно взглянула на своего спутника, открыла рот, чтобы что-то ответить, и закрыла. Что я могу сказать? Что моё сердце долго молчало и от людей пряталось, а теперь раскрылось и затанцевало только для Андрея? Сказать, что теперь оно балансирует на краю пропасти, умирая от беспокойства? Как можно заявить, что человека не любишь? Хорошего человека? Я не любила Добрыню, но чувствовала искреннюю благодарность и потому тихо произнесла:

– Спасибо вам за помощь, Денис. Вы даже не представляете, насколько она для меня важна! Вы очень хороший человек!

– Всегда пожалуйста, – расцвёл Добрыня, сейчас вовсе не такой некрасивый, как прежде. – Можете использовать меня в хвост и в гриву, мне только приятно!

Я улыбнулась и мысленно пожелала ему счастья, а ещё ту, которая увидит в нём спрятанную от других душевную красоту. Не может быть, чтобы она не нашлась! Если даже моё замороженное обидой и страхами сердце проснулось, значит, и ему повезёт!

Через несколько минут мы подъехали к жёлтой громадине Жирафа и остановились на парковке прямо у выхода.

– Спасибо вам! Огромное! – сказала я.

– Я подожду вас.

– Нет, нет, спасибо, – по интуиции ответила я.