Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

Ужас меня слегка подотпустил, когда я понял, что ничего плохого с моим телом не происходит, скорее всего. А после этого взгрустнулось о том, что моя мужественность меня покидает. Насовсем, похоже.

Платья, юбки, лифчики… теперь вот ЭТО. Не говоря уже о том, с каким ужасом я ожидаю шестнадцатилетия.

Впрочем, странно то, что за все время моего пребывания в этом бренном теле, такое произошло впервые. А я тут уже, между прочим, больше месяца.

Из-за инцидента сбился цикл или впервые это, вообще, произошло, Кайе то скоро будет лишь 14 лет — не важно. Важно то, что надо ликвидировать «протечку».

— Помогите, пожалуйста, — жалобным голосом сказал я в браслет.

Не прошло и минуты, примчалась медсестра. Кратко обрисовав ситуацию, запросил у нее помощи.

После душа, медсестра научила меня пользоваться гигиеническими принадлежностями, которые используют в таких случаях.

Не успел я закончить с этим смущающим делом, как объявилась Марина.

С сочувствием взглянув на меня, та сказала:

— О! Ну теперь ты уже почти взрослая девица. Как себя чувствуешь?

А как я себя чувствовал? Хреновенько, собственно. О чем и сообщил моей гостье.

— Жаль. Времени у нас немного, меньше месяца, а нам еще тебя подготовить к «свободному плаванию» надо, с твоей амнезией… Отдыхать будешь или будем познавать окружающий мир?

— Познавать мир, — не задумываясь, ответил я.

— Хорошо. После завтрака придешь в 316 кабинет. Это на третьем этаже главного здания.

— Окей, — ответил я, слегка забыв про то, что американизмы тут не в ходу.

Марина приподняла бровь, не поняв, что я сказал."

"— После завтрака буду в 316 кабинете, — продублировал «русским по белому» я.

После завтрака.

Просторный кабинет в светлых тонах. За длинным столом сидят трое человек, две взрослых женщины и девочка-подросток.

Сижу перед монитором, Марина мне на голову одевает шапочку из проводов. Нина Степановна, — так мне представила Марина свою коллегу — детского психолога, — настраивает на своем ноутбуке программу для снятия мозговой активности.

— Итак, Кайа, — сказала психолог, закончив возится с программой, — с сегодняшнего дня мы будем восполнять пробелы в твоей памяти и готовить тебя к жизни в социуме. Ты, насколько я знаю, будешь жить и учится в закрытой школе для девочек?

— Да, кажется, в Пансионе воспитанниц Министерства Войны.

Она кивнула.

— Начнем мы, пожалуй, с не очень хорошего, дабы хорошим закончить.

— Ничего не имею против, — ответил я и улыбнулся.

Мне стоит больше улыбаться людям. Я заметил, что Кайа, в моем исполнении, совершенно не похожа на девочку ее возраста. «Очень неприятный ребенок», — подумал я глядя в свое отражение.

— Хорошо. Покажи свои запястья, — попросила она, что я и сделал.