Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

На этот раз она крепко задумалась, даже перестав улыбаться.

— Как это часто бывает, все дело в неразделенной любви, — после долгой паузы, наконец ответила она.

— Стало быть меня отвергли и я не смогла этого пережить? — я испытал чувство облегчения, похоже, что никто не совершал преступлений против половой неприкосновенности моего нового тела. Что не могло меня не радовать.

— Мне не известны подробности, — ответила та, глядя в потолок.

Врет!

Теперь я был полностью убежден, что существует еще что-то очень неприглядное, чего мне рассказывать не хотят, опасаясь за мое состояние, в истории со мной произошедшей.

Как я ни старался, ни в этот раз, ни в последующие наши встречи, ничего более того, что она мне сейчас сказала, узнать от нее не получилось.

С Ольгой мы поговорили еще около получаса, она задавала различные вопросы, а я на них отвечал. После чего, она помогла мне выбраться, вытереться и вернуться к кровати.

В этой больнице я провел еще около двух недель, за которые я чуть не сошел с ума от безделья.

Читать мне ничего не давали, как не давали смотреть ТВ. Никаких гаджетов при мне также не было.

И за которые не произошло ничего из того, о чем стоило бы рассказать. Обычные больничные будни. Мне даже лекарств никаких не назначали, так что я просто занимал свою палату, восстанавливая силы. Единственные процедуры, что я посещал — массаж, восстановительная физкультура, да на ночь мне на голову крепили датчики, считывающие биотоки. Плюс разговаривал ежедневно с психологом и психиатром.

Единственным доступным мне развлечением были прогулки по коридорам больницы. Наконец-то могу свободно передвигаться, без посторонней помощи. Гуляю, привыкая к балансировке своего нового тела. Стены расписаны веселыми картинками. Детская больница все-таки. Широкий коридор, у каждой палаты висит автомат с обеззараживающей жидкостью. На этаже имеется пост медсестры и комната ожидания со столом и диванчиками. Также я обнаружил автоматы продающие разные напитки и шоколадки.

Как и ранее, меня ни разу никто не навестил. Что наводило на неприятные мысли.

В конце-концов был созван представительный консилиум, где я выступил в роли неведомой зверушки. Доктора осматривали мои глаза, стучали молотком по коленке, обсуждали результаты многочисленных исследований, задавали вопросы. Некоторые, похоже, пришли к выводу, что я симулянт. И вообще, девочкой родился специально, чтобы избежать призыва в армию.

Не придя к какому-то единому выводу о природе моей амнезии, светилы медицины, однако, заявили, что сделали для меня все, что могли. И теперь могут с чистой совестью меня выписывать.

На следующий же день, с утра пораньше, у меня впервые появились посетители. Вернее, посетительница.