Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

Все будет чинно — благородно, и, таким образом, даже самый пристрастный недоброжелатель не найдет аргументов, чтобы обвинить меня в аморальном поведении. А записи с тех виртуальных камер я попрошу Дмитрия раздобыть сразу. Уверена, это не станет для него проблемой. Что же до содержания нашей беседы, то выбор у меня невелик. Про то, о чем рассказала тебе, ему я говорить не стану…хотя, быть может, расскажет мама, ведь он ее подручный вроде бы…а кто устроил взрыв, я и сама не знаю.

— Не знаешь? — переспросил папаша, добавив. — Только не прячься за своим возрастом, пожалуйста.

— Понятия не имею, но…

Остановившись, я повернулся лицом к папаше, он сделал то же самое.

— … возможно, ты знаешь, кто прислал тот грузовичок? — поинтересовался я, уставившись в его лицо.

Он, смутившись, отвернулся.

— Ладно, сделай все так, чтобы и комар носа не подточил. За тобой приедет машина. Идем, а то времени, итак, уже не осталось!

Может, ты и не знаешь наверняка, по чьему приказу едва не убили твою приемную дочь, но ведь точно догадываешься. Верно…папа?

В госпитале, 4-й этаж, отделение травматологии.

Консультанта о нашем приходе, разумеется, предупредили заранее, так что было неудивительным обнаружить его не в палате, а в холле, куда нас привела дежурная медсестра.

Одетый в спортивный костюм, Консультант был угрюм (как и ожидалось) и бледен, а на его голове красовалась циркулярная повязка.

Из памяти всплыл момент, когда я увидел его…до взрыва…явившегося в составе отряда УВБ спасать меня из лап жандармов (скорее, выяснить, что происходит). Консультант был в «гражданском» плюс бронежилет, шлем и оружие.

А затем память любезно продемонстрировала и момент уже после взрыва: он накладывает жгут на то, что осталось от руки Розы, а по его перепачканному лицу струится кровь, из-под деформированного шлема.

Я зажмурился, прогоняя воспоминания.

Представляю, как у него болит голова.

Как бы там ни было, Консультант сейчас расположился в удобном на вид кресле, пил кофе и сам с собой играл в шахматы.

Заметив нас…на мне он чуточку задержал взгляд…господин Горчаков сделал последний ход, «съев» ладьей коня, а затем встал.

И так как здешний этикет требует (в сословии «знатных») демонстрировать в публичных местах минимум эмоций, то благодарность от приемного отца Консультанту вышла весьма сухой и краткой. Однако они, пускай и очень дальние, но все-таки родственники (через маман), а значит, папаша наверняка выкажет ему больший респект позже, в более подходящем для этого месте.

Мое также краткое и мало эмоциональное «благодарю Вас за спасение» испортил сам Консультант."

"— Честно говоря, думал это будет кактус. — заявил он, принимая от меня «подарочный куст».