Кай из рода красных драконов 3 (СИ)

— Мол, в горах живут дикие драконы, и они похищают девиц, чтобы зачать с ними ребёнка. Я не верила, но раз и ты это говоришь…

— Мда, — вырвалось у меня.

Похоже, шутить в этом мире опасно. Можно накаркать что-нибудь сказочное из моего родного мира. А тут и своего бреда хватает.

Чиен кое-как отдышался. Я так загонял беднягу, что он не сразу смог говорить.

— Ты удовлетворён, мастер? — спросил я.

— Это был нечестный поединок! — возмутился Чиен. — Магия помогла тебе!

— Ну, призвал бы свою, — не согласился я.

— Только воины драконьей крови могут призвать магию! — огрызнулся фехтовальщик.

— А я тогда кто?

— Вот это я и пытаюсь выяснить! — выдал Чиен мне в лицо, как приговор или оскорбление, и захромал к костру.

Очень хотелось крикнуть ему в спину: «Так вот кто у нас шпион!» Но я — молодец, я сдержался. А вот у Камая прямо чесалось.

Пришлось обнять Шасти и переключиться на другие, более приятные ощущения.

Тоже запретные. Я не позволял себе даже думать, что смогу сломать жизнь девочке. Контрацептивов тут нет, а она маленькая, худенькая. Пусть сначала дорастёт до роли жены.

Повёл Шасти к юрте, по пути рассказывая, как Змей Горыныч похищал благородных принцесс, а богатыри ехали их отбивать у чудища поганого. А потом рубили змея на куски и складывали под Калинов мост.

Сказки я помнил плохо, и закончил тем, что взялся пересказывать мультик. В повествование проникли былинные богатыри. Жена моя развесила ушки…

К счастью, дорога кончилась. Я поцеловал Шасти в нос и отправил спать. А сам пошёл к костру под навес.

Ничего, завтра вернётся Незур, покроем юрту новым войлоком и будем спать в ней, как короли. Мягко и тепло. И…

Я зевнул, втиснулся между Багаем и Лойченом и застыл в ужасе: со стороны реки надвигалось жуткое призрачное сияние.

Зубастое, шипастое. Пострашнее Змея Горыныча, которым я только что пугал Шасти.

Глава 16

Битва в небе

Призрачный зверь и в самом деле был похож на ящера. На тираннозавра. Ну, или даже на Годзиллу из японского комикса. Мощный, толстошеий, с гребнем вдоль спины и толстым хвостом.

Зубы в разинутой пасти были треугольные. Каждый — величиной с мою руку. А в пасть я мог бы поместиться весь, целиком.

Годзилла полыхал не синими тонами, как призраки волка, барса или медведя, которые я уже видел, а был «нарисован» на ночном небе ало-багровым росчерком. Он медленно и верно надвигался на нас, перебирая по воздуху лапами, словно шёл по тропинке.

— Это что ещё за образина? — выдохнул Касан и выхватил меч.

Воин не был уж очень внимательным часовым. Но не заметить багрового отсвета в бархатной ночной тьме было просто невозможно.

Годзилла казался полупрозрачным и напоминал световую проекцию на ночном небе, но я не был уверен, что это помешает ему нас сожрать.

— Багай! — негромко окликнул я. — Поднимай всех.