Кай из рода красных драконов (СИ)

Она уже слышала от отца про сны у подножия Белой горы.

Сердце забилось — её нечаянный муж оказался сыном поверженного правителя этих дикарей! Камаем из рода красных, враждебных чёрным, драконов!

Да, поверженного, да дикарей, но всё-таки…

Камай был настоящей драконьей крови, княжеской. А судьба ещё неясно как повернётся. Кто сказал, что долиной Эрлу будет править род чёрных колдунов с терием Верденом во главе? Не все завоеватели умеют удержать побеждённые земли.

Пока Шасти колебалась, Кай (она решила, что будет называть его так даже про себя, чтобы не проговориться потом ненароком) вернулся за ней, протянул руку, и… бежать стало поздно.

Он был младше на пару зим, но сильнее. К тому же она поклялась ему на драконьем мече.

Шасти вздохнула, посмотрела в открытое лицо, обещающее стать красивым и мужественным, вспомнила толстого колдуна, похожего на жабу, и смирилась.

Как она мечтала, чтобы они добрались уже до нормальной деревни, где у Кая есть свой аил, своя постель, свои котлы и миски. Она представляла во время долгой ночной дороги, как будет варить ему мясо и учить магии.

Он же колдун, хоть и забыл, чему его учили! Она видела, как он обращался с хорганом!

Но в деревне дикарей всё оказалось совсем не так, как мечталось.

Едва новоявленный муж уснул, шаман Ичин взял девушку за руку и отвёл в тёмный аил, где ждала целая толпа женщин — и молодых, и старых, и совсем древних старух.

Они накинулись на Шасти, стали разглядывать, срывать одежду, трогать руками.

Шасти едва не завизжала от ужаса! Не успела опомниться, как уже стояла голая в толпе женщин!

— Тощая какая! — вынесла ей приговор тётка в шаманском облачении.

— И грязная! — поддакнули сбоку. — Вся в чёрной грязи извазюкалась!

— Да это она в синяках!

— Титьки ещё не выросли, и бёдра узкие. Кого такая родит? — донеслось откуда-то сзади.

— Беда-беда! — хором запричитали старухи.

— А с лицом у неё что? — спросила крепкая женщина. Она решительно отодвинула товарок. Похоже, аил был её — крепкая женщина вела себя как хозяйка.

Она завернула обнажённую девушку в кусок ткани, укрывая от жадных глаз. Улыбнулась.

Вот только эта женщина и понравилась Шасти. Она была сильная, статная, хоть и не молодая уже. Длинное платье-рубаха ладно сидело на ней, а блестящие чёрные волосы были заплетены в косы.

Шасти сразу заметила, что здесь только совсем молодые женщины носили волосы распущенными. И никто не носил штанов, а ведь в них — так удобно!"

"— Ну, лицо-то я ей приберу, поправлю, — сказала шаманка. И спросила в лоб. — Что, девка, муж-то на тебя так ни разу и не залез?

Шасти покраснела, как дикий мак.

— Пожалел, наверно, — предположила одна из старух. — Дитя ей пока не выносить.

— Ерунда, — отрезала шаманка. — Костяк крепкий. А жопа — потом нарастёт.