Кай из рода красных драконов 3 (СИ)

Я мог бы провести колдуна ночью в лагерь…

— Я сказал — нет! Ты что будешь со мною спорить?! — прорычал Шудур и, чтобы успокоиться, налил себе ароматного чаю с сушёными ягодами облепихи.

Шпиону не предложил. Тот всё равно не стал бы вкушать пищу в логове колдуна.

— Айнура обучали магии, — сообщил он, отхлебнув дорогой привозной напиток. Ещё один соблазн самим перебраться через перевал. Хватит уже покупать втридорога у караванщиков!

— Рассказывают, что обучение не удалось! — рассмеялся шпион. — Айнур оказался таким же умелым учеником, как глупый баран. Вся его сила — в драконьем мече, а меч можно сломать, украсть…

— И ты видел это сам? — с презрением перебил Шудур. — Видел, что Айнур не владеет магией? И поклянёшься в этом?

Шпион раздражал его всё больше. Верить в россказни дикарей — последнее дело даже для соглядатая.

Пару минут они просидели молча. Шудур прихлёбывал чай, лаская глазами сундуки с монетами и дорогим оружием. Был тут и малый меч Камая, к несчастью, не обладающий нужными свойствами без второго меча.

Ох уж эта магия. Её законы сложны, неявны, запутанны. Меч — гораздо вернее в битве, если умеешь владеть им. Но магия — сильней и опасней стократ!

— Действовать нужно наверняка, — сказал колдун наставительно. — Айнур опасен. А мы и так потеряли одного из самых авторитетных колдунов малого круга.

— Это кого? — неискренне удивился шпион.

— Нгайалая, — неохотно пояснил Шудур.

— Родственника самого императора? — поразился шпион. — Но как это вышло?

— Император плакать не будет, — поморщился Шудур. — Если бы не перевал, через который ещё нужно пройти, он давно бы сопроводил по волосяному мосту всю родню. Синеликий алчет месторождений, откуда берут железо для звонкой орейской стали, жаждет торговых путей и богатств волшебной страны.

— А это правда, что он велел пытать караванщиков, чтобы узнать, что прячется за перевалом?

— Кто я такой, чтобы знать? — усмехнулся Шудур.

И подумал: «Ну, это-то с синеликого точно станется. Кто такие эти духи Белой горы, чтобы ставить ему условия? 'Не тронь караванщиков!» Такое могло только раззадорить императора.

Ишь как взалкал несметных сокровищ, что таятся за перевалом. Послал главного колдуна в какие-то горные едреня! С мягкой кошмы пересадил на шаткий паланкин да на шипастую драконью спину. Жадный… Мало ему…

— А девчонка? У него же была дочь? — с любопытством ребёнка спросил шпион, глядя на колдуна снизу вверх, словно хотел воскликнуть: «Кто ты такой?? Ты — великий колдун!».

Эта живая непосредственность, обаятельность, умение расспрашивать и слушать — были его рабочими инструментами.

Шудур злился на себя, на шпиона, но слова вылетали из горла словно бы смазанные топлёным маслом.