Кафедра попаданцев

Магия рвалась из меня, словно желая вернуться домой, стать снова частью одного целого.

Не сразу я сообразила, что так оно и было. Магию мне дали боги, да и внутри меня сейчас находился шарик, наполненный магией богов.

— Не часто меня выбирают первым богом, — тем временем, не дождавшись от меня ответа, произнес Ауллэ. — Обычно, такие маги становятся моими жрецами. Но ты исключение, призванная.

— Здравствуйте, — наконец выдавила я из себя, мысленно чертыхнувшись, ну и чего я боюсь? Бить меня точно не собираются. И пусть говорят тяжело для восприятия, но худа точно не желают. — Простите, я впервые вижу живого бога, да еще и разговариваю с ним.

— Я знаю, — усмехнулся мужчина. Да, я не видела его лица, но точно знала, что он усмехался. — Ты выбрала меня, потому что тебе нужно Безмолвие. Так мы называем время, когда человеку необходимо побыть одному и переосмыслить свою жизнь. Чаще это время необходимо перед смертью, когда все становится очевидным, когда не нужно торопить события, подменять память более лучшими воспоминаниями-фантазиями.

Бог приблизился на расстояние вытянутой руки, и что странно, давление исчезло. Я вдруг расслабилась и успокоилась. Почувствовала себя легко и свободно."

"— Безмолвие — время, когда открывается истинное значение жизни. Больше не нужно торопиться, казаться лучше, чем есть. Можно быть самим собой, честным перед собой и перед теми, кто для вас дорог.

Вообще — это очень здорово. Потому что мы все играем какую-то социальную роль, часто даже сами не понимаем, а кто мы есть на самом деле?

— Ты потерялась, девочка. Но перед тобой множество путей. Какую бы дорогу ты не выбрала, помни, что за тобой буду я.

— Звучит пугающе, — выдохнула я. — Простите.

— Ты мыслишь стереотипами. В смерти нет ничего страшного. Смерть — это долгожданный покой, к которому стремится душа в конце своего долгого пути. Это перерыв перед новой, такой же захватывающей дорогой.

— Новой жизнью?

— Верно. Однажды, тебе откроется истинный смысл бытия. Я не жду сейчас от тебя понимания, но дам твоей душе, то, что ей требуется. Отныне — я тот, кто первым будет слышать твои мольбы и просьбы. И вот мой первый подарок.

Я и опомниться не успела, как мою ладонь бережно обхватила горячая мужская рука. Честно, по ней даже не определить возраст было. И вообще меня удивило, что тело бога не холодное. Все же смерть у меня ассоциируется с тленом и холодом, а никак не с теплом. Прав Ауллэ, я мыслю стереотипами, не желая признать очевидное. Вот же он — Бог Смерти перед моими глазами, я его даже трогаю, и никакого дискомфорта или страха не испытываю. Наоборот, мне очень спокойно и хорошо.

Я могла охарактеризовать свое состояние, как правильное. Так и должно быть — никакой суеты или переживаний, покой и тишина, а еще чувство легкости, парения...