Кафедра

— Да, но есть проблема, — неожиданно заявил Книгин. — Нас не учили активировать столь сложные пентаграммы.

— Чёрт… — посмурнел есаул. — Я же совсем выпустил из виду, что вы второкурсники. А я объяснить за пару минут «на пальцах» не сумею.

— Можно синхронизировать всех, — предложил я.

— Извини, Родион, но это не в моих силах. Я в ментальных техниках плохо разбираюсь. Только огнём владею на средненьком уровне.

— Я сам могу.

— Не переоценивай себя. Тут нужен серьёзный уровень выпускников исторической кафедры. У нас, к сожалению, таких нет.

— Почти уверен, что справлюсь. Просто я реально читал о синхронизации и хорошо помню всю последовательность, — соврал я. — В конце концов, много не потеряем, если попробуем.

— А давай! — привычно рубанув ладонью воздух, согласился есаул. — Тогда больше не будем мусолить! Все к пентаграмме, пока новый штурм не начался!

Глава 14

Как только все студенты обступили пентаграмму, я приказал:

— Делаем разрез на ладони. До крови.

— Зачем? — задала вопрос поморщившаяся от такого предложения Алиса.

— Затем, что через кровушку вас синхронизировать легче, — за меня ответил Кудрявый.- Не филонить! Ранки заживут, а вот оторванные головы вряд ли потом на место приделаете, если сейчас смухлюете. Так что не царапаем кожицу, а именно режем!

После этих слов есаул первым полоснул себя ножом. В принципе, он человек опытный и ему подобное не обязательно. Но пример старшего товарища вдохновил остальных на членовредительство.

Как только все студенты положили окровавленные ладони на схему, я тоже нанёс себе глубокую рану и, внутренне настраиваясь, опустил руку на пентаграмму. Замер, ожидая отклика чужой крови. Он не заставил себя долго ждать. Но беда в том, что мои сокурсники от такого обряда находятся если не в панике, то очень близко к этому. Понять молодняк можно: раньше вряд ли они ощущали себя под контролем другого человека. Из-за этого пошло эмоциональное отторжение, которое помешало мне соединить всех в одну цепь.

— Ни о чём не думать! — рявкнул я. — Сосредоточиться на своих кровавых ладонях. Думать только о них и ни о чём больше! Кто не сможет синхронизироваться, того тупо в жертву принесём. Смерть одарённого тоже хорошо активизирует пентаграмму!

Естественно, в этот момент я врал как сивый мерин, но неопытные мальчики и девочки этого не знали. Чувство самосохранения заставило их отбросить ненужные страхи, оставшись лишь с одним — могут прирезать, превратив камень со схемой в жертвенный алтарь.

Со второй попытки я полностью взял всех под свой контроль и начал энергетически высасывать, кидая полученную силу в плетения пентаграммы. Та постепенно начала розоветь и вскоре превратилась по всем линиям в полностью алую.