Кафедра

— Какую?

— Жалостливую, конечно! Как и подобает терпилам! — под общий смех шпаны объяснил Витёк.

— А если я не согласен с такими условиями? — продолжил я свою игру, запоминая повадки городских «крыс».

— Родя! Ты точно стал бессмертным! Ещё и на всю башку поглупел! Быстро выворачивай карманы.

После этих слов главарь достал из кармана нож и демонстративно провёл им рядом с моим лицом. Зря он так.

Продолжая виновато улыбаться, я перехватил руку с оружием и быстро выбил нож. Не останавливаясь, вмазал незадачливому грабителю кулаком по морде. Хруст сломанного носа я ни с чем не перепутаю. Отшвырнув в сторону захлёбывающегося кровью Витька, обратился к его охреневшим подельникам.

— Господа! Ну если этот район платный, то тогда с каждого из вас по… всему, что у вас есть. Вплоть до одежды. Не забываем про трусы! Новый «билетёр» — новые расценки. Но так как вы обслуживаетесь не поодиночке, а группой, то имеете право на скидку… Ботинки можете оставить себе.

— Че-е-е-его? — угрожающе протянул, видимо, либо самый смелый, либо самый дурной в банде. — Да мы тебя на шкварки для блинов сейчас…

Услышав о блинах, я вспомнил, что очень голоден. Значит, не стоит затягивать эту романтическую встречу. Не дожидаясь, пока шпана окружит меня, первым кинулся в атаку. Четверо утырков ничего особенно из себя не представляли. Даже до уровня бойца-новобранца им как до луны. Не входя в боевое ускорение, отправил шпану в нокаут буквально за пять секунд. Подождал, когда все очухаются, и повторил свою цену уже повелительным тоном.

— Раздевайтесь! Кто не справится за минуту, получит первый открытый перелом. Кто и после этого будет медлительным, обрадуется раздробленным суставам.

— Да пошёл ты, — утирая разбитые в кровь губы, просипел теперь уже точно самый глупый.

Не стал вступать в споры. Быстро очутившись рядом с ним, показал остальным, как выглядит открытый перелом. После моего вмешательства на правой руке придурка появилась торчащая наружу косточка. Хороший был указательный палец недавно! Таким ещё можно было долго и глубоко ковыряться в носу. Но теперь не судьба.

Зрелище пальчика оказалось хоть и неприятным, но достаточно убедительным для остальных героев подворотен. Больше не комментируя моё право ставить условия, парни начали быстро раздеваться. Даже последним очухавшийся Витёк почти с радостью приступил к импровизированному стриптизу. Заминка вышла лишь на трусах. Пришлось вводить новые правила.

— Кто не снимет, будет прикрывать ими отбитые яйца… Всмятку отбитые!

Это обещание сразу ускорило процесс.

— Отлично, — расхаживая перед строем голых побитых ничтожеств, продолжил я воспитательный процесс. — Рад, что пришли к взаимопониманию. Теперь сортируем моё новое имущество.