Кадры решают всё

– Постой… постой… Потому и Академия, да? – Кеннет от возбуждения засвистел, слетел с плеча Тео и повис напротив его лица, зацепившись за ветку. – Много сырой магии, много самой разной энергии, молодой ректор, склонный к принятию нетривиальных решений и при этом сильный некромант. А рядом огромное кладбище… и болото с нечистью… Ну и хитрец этот ваш король! И факультеты какие выбрал… я в восхищении! Передай ему это при случае.

– Сам скажешь, – усмехнулся Тео, – его величество обещал прибыть на церемонию торжественного открытия Академии. А сейчас пойдём смотреть, чем порадует нас Зайка.

– Всё-таки это очень странное имя для замка, – Кеннет снова перебрался на плечо к Тео, – какое-то совершенно девчоночье.

– А может, наш замок — девочка? – засмеялся будущий ректор. – Такая, знаешь, с бантиками, в платье с воланами, любящая игрушки и пирожные?

– Не уверен, – скептически отнёсся к этой идее Кеннет, – ты же не хуже меня знаешь, кто становится душой замка. Как правило, это доблестный воин, защищавший замок и павший в бою. Его хоронят под одной из башен, проводят специальный ритуал, и он становится душой замка. Не может же это быть девочка?

– Вряд ли, – согласился Тео, подумав, – но я сомневаюсь, что какому-нибудь закалённому в боях солдату понравилось бы имя Зайка.

За разговорами они и не заметили, как дошли до замка и поднялись на крыльцо. Массивная дверь на этот раз гостеприимно распахнулась перед ними сама, а в холле явно была сделана пусть минимальная, но уборка. Теодор громко выразил своё восхищение трудолюбием Зайки и получил в ответ волну слегка смущённого удовольствия.

Дверь в апартаменты Теодора была открыта и, перешагнув порог, молодой ректор замер, не в силах вымолвить ни слова. Кабинет, а в том, что большая комната именно кабинет, сомнений не было ни малейших, был отделан в коричнево-зелёных тонах. Тёмное дерево старинной мебели и стеновых панелей, обивка благородного малахитового цвета и такого же оттенка большой овальный ковёр на полу. На тон светлее были плотные шторы, между которыми виднелось кружево лёгких гардин изумительного мятного оттенка. Одну стену полностью закрывал книжный шкаф, другие украшали идеально подобранные пейзажи.

Потрясённый Тео подошёл к двери, которая виднелась в дальнем углу и, открыв её, не сдержал восхищённого вздоха. Это была личная комната будущего ректора, выдержанная в серо-синей гамме. Комната была одновременно строгой и очень мужской: необходимый минимум мебели, кровать под балдахином и большое старинное овальное зеркало. За небольшой дверцей, спрятавшейся в углу, Тео обнаружил ванную комнату со всеми возможными удобствами, а когда он повернул кран, оттуда полилась горячая вода.