Кадры решают всё

– Да, я планирую для Элечки другого мужа, – с опаской поглядывая на задумчиво рассматривающую ухоженные ногти супругу, сказал его величество Ганелон, – это должен быть человек исключительно королевской крови. Теодор, несомненно, милый юноша и сын моего близкого друга, но он слишком…

– Воспитанный, – подсказала королева, не отрываясь от созерцания маникюра.

– Мякготелый, – выдвинул свой вариант характеристики Ганелон.

– Образованный, – сделала следующий ход её величество Лидия.

– Заучка, – буркнул король, понимая, что снова позволил вовлечь себя в бессмысленный спор.

– Симпатичный, – аргумент Лидии был серьёзным, но король не сдавался.

– Смазливый модник, – с азартом ответил он и потёр руки в ожидании ответа супруги.

– Талантливый маг, – королева методично загоняла супруга в угол.

– Некромант! – возмутился его величество.

– Перспективный учёный? – королева тоже увлеклась и сделала очередной ход.

– Пфф, – Ганелон небрежно фыркнул. – На дотациях из казны! Плюс папины деньги, – добавил он, будучи человеком честным.

– Будущий ректор уникальной Академии, – её величество использовала последний аргумент.

– Я тебя умоляю! – король махнул рукой. – Я уверен, что во время сегодняшнего сеанса связи он уже попросится домой.

– А если нет? Если он справится?

– Кто? Миляга Тео? Брось, Лидди, мы же оба всё прекрасно понимаем. Я и согласился на эту авантюру с Академией во многом чтобы проучить молодого нахала. Тоже мне: весь королевский совет с канцлером во главе, – тут коронованные супруги переглянулись и синхронно поморщились, – не смог придумать, как обуздать эту толпу распоясавшихся дочек и сыночков, а Теодор решит проблему? Не смеши меня! Он и сам, кстати, не безгрешен.

– Ну а вдруг? – настаивала королева, явно обдумывая свои какие-то планы: король прекрасно знал этот задумчивый взгляд. – Тогда ты дашь ему шанс?

– Я подумаю, – ушёл от ответа Ганелон и напомнил супруге, – у нас там ещё принц дожидается. Вдруг сговорятся?

– Ты сам-то в это веришь? – королева непритворно вздохнула. – У девочки одни рыцарские подвиги на уме, а принц Хасид такой себе рыцарь, прямо скажем.

– Спорим, он найдёт, чем её заинтересовать? – вдруг хитро усмехнулся Ганелон.

– Спорим, – охотно ответила Лидия, мельком подумав, что несмотря на всё самодурство и странное хобби, своего Ганю она любит. И дочери желает такого же крепкого и счастливого брака. – На что спорим?

– На банку клубничного варенья? – предложил его величество. – Литровую. Нет, двухлитровую!

– А просто сказать, что ты хочешь варенья, нельзя? – улыбнулась королева.

– Это неинтересно, – подмигнул ей коронованный супруг. – Так что передай, что после сеанса связи с Теодором я готов встретиться с принцем.