Кадетский корпус

— Ивар, не стоит связываться, — как ни странно первым дал задний Глеб, думал он будет с лидером банды до конца, ан нет.

— Вожак, мы свое позже наверстаем, уступи, — предложил подлый Бажен, а это плохо, смерд не подчинился, а прямо говорит, что поступит вопреки воли господина за его спиной. Похоже монашек сам себя перехитрил.

— Ха, и верно, пущай барчук себя потешит, а мы уж потом, — злорадно усмехнулся Ивар, при этом урод умудрился еще раз оскорбить Любаву своим пошлым намеком, — Чай не попортит товар, свой благородной пипкой.

Не верю в такой исход, уж слишком дерзки хулиганы, хотя скорее уже молодые бандиты. Видно, у них есть уже на руках кровь, больно уверенно себя ведут. То, что надо работать решил уже тогда, когда Ивар упомянул вольных людей. На земле Соколовых живут только слуги или вассалы, вольницу мы не потерпим. Может парень и чушь сморозил, но дело сразу приобрело совсем другой оборот. Тут и вправду пахнет изменой сюзерену, а такую скверну надо беспощадно выжигать.

В этих лесах, если дать людям волю, можно быстро скатиться от порядка к анархии. Когда-то только кланам удалось привести к покорности местную глухомань. Нет, государевы остроги тысячу лет как обозначили границы Империи и стерегут покой городов и крупных торговых путей. Однако в Тайге по-прежнему царило безвластье. А как прийти сюда закону, если на тысячи верст непроходимые леса да болота? Тут лихие люди годами могут бродить от избушки к избушке, творя разбой.

Однако окоротили вольницу. Свободных охотников, рыбаков, да артели старателей поставили на учет. Тех, кто днем ремесленничал, а ночью выходил на дорогу извели. Покарали без суда и следствия, да прикопали в Тайге. С тех пор в бескрайних лесах порядок и покой. Но нет-нет да взбунтуются коренные, набегут ханьцы или какие разбойники собьют ватагу. И чтобы не дать разрастись разгульной вольнице, клановые армии огнем и мечом уничтожают всех непокорных. Так что моя разборка за девушку вполне могла оказаться Делом Клана, надо блин соответствовать.

— Любава, иди ко мне, ничего не бойся, — сделал вид, что меня такое решение Ивара устроило.

Дескать заберу девушку и уйду по-доброму. Только явно просто так нас не отпустят. Троица украдкой переглядывается и обменивается тайными жестами. Михаил бы такие знаки не заметил или не придал им значения, но для меня это явный сигнал. Сейчас противник немного отпустит ситуацию, а потом, когда девушка будет рядом и я расслаблюсь нападут. Может Бажен и Глеб этого не хотят, но старший все для себя уже решил и отдал приказ. Нехорошо это, слишком дерзко, причем ведь совсем недалеко от главной усадьбы.

Ближе всего ко мне Бажен, следом Ивар, а потом Глеб. Любава сейчас робко шагает от садиста к лидеру банды.