Кадетский корпус. Книга десятая

В последнее время Гонконг все явственнее ощущал растущее влияние Поднебесной, материковый Китай окреп экономически, изрядно набрал в военном потенциале и обоснованно претендовал на региональное лидерство. Ранее Гонконг жил за счет позиционирования себя как финансового, торгового, логистического регионального хаба, однако усилиями Пекина мегаполис стал стремительно утрачивать эту роль. Конкуренцию британскому анклаву составили Шанхай и агломерация Гуанчжоу-Шэньчжэнь, товары и деньги потекли через эти города, минуя бездонные кошельки лайми.

В итоге в Гонконге усилилось влияние прокитайских кланов, ибо только они могли сотрудничать и конкурировать с материковым бизнесом. Тесные экономические связи с Поднебесной привели к тому, что в анклаве власть де-факто разделилась на два лагеря: официальную, представленную администрацией, гарнизоном и кораблями Роял Нави и тайную, которую осуществляли криминал, могучие корпорации и кланы, имеющие собственные войска, флот и поддержку сородичей с материка. На этом мы и решили сыграть, на самом деле то была домашняя заготовка барона Корфа на всякий пожарный случай и, он не преминул наступить.

В общем китайцы решили меня поддержать, причем не альтруизма ради, а с подачи из Москвы сделают предстоящий процесс неким знаменем, олицетворяющим силу кланов на территории Гонконга. Вторым смыслом было объявление эпохи начала конца владычества Британской Империи в Поднебесной, всем и каждому должно стать понятно, что уход лайми неизбежен. Так что меня не арестовывали, а с почетом сопроводили под охраной на заседание Совета Кланов, причем не в качестве обвиняемого, а с привилегиями полноправной, спорящей стороны.

Администрация, несмотря ни на что, все еще была абсолютно уверена в своих силах, ведь британцы контролировали системы видеонаблюдения, граждан города и многие другие сферы жизни, поэтому лайми полагали, что легко докажут свою точку зрения и накажут наглого русского. Так что барон Дэвис тоже не выглядел испуганным или обескураженным, в зал Совета он зашел уверенно, вальяжно, с присущим британской аристократии апломбом, в сопровождении целой свиты юристов, помощников и советников. Нас расположили напротив друг друга, дабы лишний раз не провоцировать конфликт.