Качели Ангела

Я не закричала, не заплакала, не упала в обморок. Меня охватил некий ступор, но при этом я сохраняла полную ясность сознания. Мысли в голове вдруг стали чёткими, твёрдыми и звонкими. Я словно раздвоилась и смотрела на себя сейчас со стороны, говоря той, что сидит на диване:

– Эй, ты слышишь? У тебя умер папа! Что ты сидишь, как мёртвая?

– А я и есть мёртвая, – ответила я той, что стояла напротив меня.

Я задала братишке ещё несколько вопросов совершенно спокойным и каменным тоном. Но ему некогда было вдаваться в подробности, он и сам их не знал. Сейчас ему нужно было ехать на берег реки, где лежало тело отца. Он умер на рассвете, в семь утра, на рыбалке. Вот и всё, что на данный момент братишка мог мне сообщить.

Положив трубку, я тем же спокойным тоном сказала детям:

– Ребята… Разбирайте свои вещи, наш дедушка умер.

После чего встала, подошла к иконостасу и опустившись на колени вознесла к Богу свою молитву, моля о душе моего милого, дорогого папы.

Мой папа… Он был для меня целым миром, жизнью, светом. Моим идеалом. Моим лучшим другом. Моим стержнем, не дававшим мне сломаться. И вот он ушёл… Как же так? Как я без тебя теперь тут, папа?

Когда приехал муж, мы тут же выехали к родителям. Всю дорогу я читала псалтирь по новопреставленному. Мне хотелось быть таким образом рядом с папой, помочь его душе перейти в тот мир, ведь ему сейчас страшно и я должна быть ему поддержкой. В нашей семье некому больше сделать это сейчас.

Я не могла плакать очень долгое время. Даже на похоронах. Со стороны люди, наверное, смотрели и считали меня бессердечной дочерью. Они ведь не знали, что я тоже мертва. А мёртвые не плачут. Теперь я узнала, что то горе, когда ты можешь плакать – ещё не горе, истинное горе то, когда ты каменеешь, ты умираешь сам вместе с родным человеком, хотя и продолжаешь внешне дышать, двигаться и говорить.

*****

Прошло два года. Но боль не утихает. Слава Богу, что теперь я хотя бы научилась плакать. Иногда от этого становится легче.

А ещё теперь я точно знаю, что означает трёхкратный стук в окно и это не бабушкины сказки.

Таинственное поле

Эту историю рассказал мне мой супруг. Произошла она в 1990-ые, когда он был подростком и всё лето проводил в деревне у бабушки с дедом. На каникулы собиралось у бабушки с дедом по семнадцать внуков, та ещё орава. Однако дед прекрасно справлялся с дисциплиной сорванцов и все были заняты делом, успевая и работать и отдыхать.

С дедом и бабушкой жил ещё и их сын, дядя Паша. И вот с этим дядей Пашей мальчишки ходили в поле, пасти колхозное стадо. И дядьке веселей с ними, и ребятишкам забава. Они ж все городские, живут в бетонных джунглях, среди многоэтажек и асфальта. А тут такое раздолье, природа, картошка, печёная на костре, молоко парное.