К свободе (СИ)

Там точно такой корабль есть, класса разведчик. Его всем новичкам выдают.

— Корабль из игры? — фыркнул Сенька, — да ты в своем уме?

— Так! Похер что это! — прервал дискуссию Толик, — надо возвращаться — маячок сварщика пропал. Теперь точно его не найдем.

— База! Вы это видели? — щелкнув рацией, спросил Сенька.

— Так точно! — отозвался оператор, — что делать будете?

— Возвращаться! — ответил Сенька, — маяка нет, приборы молчат. Может сварщика эта дура подобрала? Или выхопом спалила? Какие корабли сегодня должны были прилететь?

— Никаких! — ответил оператор, — на этой неделе уже никого не ждем, кто должен был — уже прилетел и пришвартовался.

— Ну, тогда не знаю что это вообще такое… — проворчал Толик, — все, летим назад.

Они весь полет назад до станции провели в тишине — говорить не хотелось, каждый обдумывал то, что увидел. Лишь в самом начале разгорелся ожесточенный спор — Володька доказывал, что пролетевшее и исчезнувшее нечто было кораблем — разведчиком. Сенька его высмеивал и обзывал шизофреником. Потом спор сошел на нет, каждый ушел в свои мысли. Не известно, о чем думали Володька и Сенька, а сам Толик прикидывал, действительно ли это был корабль, или ему показалось? Но ведь и Володька, и Сенька видели то же самое. Вон, Володька вообще клянется, что это корабль из какой-то дурацкой игры…да…ситуация.

— Оператор! Передаю управление ботом! — заявил Толик, когда они приблизились на расстояние пары километров до базы, — давай, заводи нас.

Согласно правилам безопасности, в процессе стыковки или захода в ангар любым кораблем управляет оператор. Считалось, что таким образом ему будет удобнее зафиксировать корабль лапой — захватом, без повреждений завести в ангар. Толик считал, что в ангар залететь может и сам, но правила есть правила, поэтому он перещелкнул выключатель на панели пилота, передав управление удаленному оператору.

Экипаж спасательного бота 11 не успел ничего понять, когда корабль резко набрал скорость и на всем ходу врезался в обшивку станции. Взрыв реактора не оставил шансов никому — все трое погибли буквально за секунду.

Служебное расследование данной трагедии признало вину оператора, чья халатность и невнимательность привела к печальным последствиям. Дело закрыли, так как сам оператор на следующий день после инцидента, находясь в следственном изоляторе станции, ожидая решения комиссии, повесился на простыне. Большинство работников станции решили, что оператор просто не выдержал, чувство вины взяло верх над рассудком, и он покончил жизнь самоубийством.