К сердцу прижмёт — к чёрту пошлёт…

 – Дом в Сербии и счёт в Германии.

Опять замолчали. Петров с сожалением смотрел на дочь. Не получилось у него. Конечно, и сам Петров не белый и пушистый. Бизнес в России вообще по краю ходит: ограничений много, прав мало, налоги бешеные. Приходится нарушать, ловчить, обходить, но, блин, большинство старается не выходить за рамки закона. Иначе смысла нет.

Но дочь уже шагнула на другую дорожку, попробовала вкус «вольной» жизни. Не понимает, что ей придётся всю жизнь скрывать своё второе лицо, всю жизнь опасаться ареста, всю жизнь где-то прятать свои капиталы и трястись за их сохранность, и не от государства, а от подобных себе. Оно того стоит?! Как ей это объяснить?! Как втолковать, что второй жизни не будет, она одна. И не получится в одной жизни накосячить, а в другой исправить и кайфовать. Петров опять тяжело вздохнул.

– В общем, Настя, с этого момента ты свободна. У тебя есть свой бизнес, займись им и притихни на время. Надумаешь расширяться, я помогу. Но только если придёшь с готовым бизнес-проектом. Просто: «Папа, дай денег!» – не пройдёт. Живи самостоятельно и знай, что у тебя есть на кого опереться, если сама не будешь плевать в этот колодец.

И, да, дочь. Я женюсь, и моя женщина уже носит моих детей. Не смей даже просто косо смотреть в её сторону, – предупредил Петров, зная скандальные выходки своей дочери. – Поняла?!

– Да, отец, ты всё объяснил очень доходчиво, – с сарказмом в голосе ответила Анастасия.

Она ещё пыталась огрызаться и дерзить, но уже поняла, что терпение отца закончилось. Выходка матери с похищением поставила последнюю точку в их корявых отношениях. Теперь Анастасии действительно можно надеяться только на себя. У неё даже мужчины нет, который помог бы ей в это трудное время. Если не финансово, то хотя бы морально. Да, отец прав: сейчас ей лучше притихнуть.

Вот отцу Настя всё равно завидовала. Ему всегда везло по жизни: надо же, выжил в такой передряге, бизнес сохранил и даже жену себе нашёл. Настя не сознавалась, что успела собрать о Марии немало сведений и вынуждена была признать, что выбор отца удачен. И как раз это факт бесил её больше всего. Мария совсем не походила на Светлану, но Петрову подходила идеально.

Отец вышел, демонстративно оставив двери открытыми, давая понять, что больше она не пленница. Анастасия медленно собралась и оглядела комнату. Ей здесь ограничивали только перемещение и связь, все личные вещи доставлялись по первому требованию, поэтому в комнате накопилось уже немало барахла.

«Ладно, привезут», – решила Анастасия и, подхватив сумочку, покинула надоевшую комнату. Она запомнила предупреждение отца и первое время лезть на рожон не собиралась. А там видно будет…

***

Маша металась по спальне в поисках пропавшего телефона.