Скандал ей к лицу

Когда джентльмены присоединились к Нелл в зеленом салоне, она упомянула Маркусу о том, что сделано для его комфорта.

– Надеюсь, вас не очень смутит, что в качестве камердинера выступит один из простых слуг?

– Моя дорогая леди, я благодарен вам за гостеприимство и, поскольку целиком завишу от ваших усилий, очень ценю ваши заботы.

– А я понимаю, – улыбнулся Джулиан, – что мне придется пожертвовать своей чистой рубашкой, чтобы ты завтра отправился в ней домой.

– Не сомневаюсь, что ты не захочешь, чтобы я завтра надел твою грязную рубашку!

Вечер приятно прошел в шутливой беседе, и несколько часов спустя, оставив джентльменов за дружеской игрой в пикет, Нелл удалилась в свои покои.

Переодевшись в ночную рубашку, Нелл отпустила Бекки и залезла в постель, чувствуя себя более усталой, чем обычно.

Однако, оказавшись в постели, Нелл поняла, что сон не идет к ней. Она ворочалась с боку на бок, но заснуть никак не могла. Легкая тошнота, преследовавшая ее с обеда, на которую она старалась не обращать внимания, усиливалась, так что она села на постели и решила позвонить, чтобы ей принесли горячего молока. От резкого подъема комната поплыла у нее перед глазами, и Нелл, соскочив с кровати, едва успела добежать до ночного горшка. Сильная рвота быстро и мучительно избавила ее от обеда.

На пороге комнаты появился Джулиан.

– Нелл! – вскричал он и бросился к ней. – Что случилось, милая? Что не так?

Смущенная и расстроенная, что муж застал ее в таком виде, над ночным горшком, Нелл махнула ему рукой, чтоб подождал, и проковыляла в туалетную комнату. Набрав пригоршню воды из фарфорового кувшина, она умылась и прополоскала рот. Отбросив ото лба мокрые локоны, Нелл уставилась на себя в зеркало над мраморной стойкой. Вид у нее был ужасный: глаза слишком большие, лицо осунулось, кожа бледная и безжизненная. Вряд ли захочет ее новообретенный муж любоваться такой красавицей, огорченно подумала она.

Вернувшись в спальню, она с вымученной улыбкой поглядела на Джулиана:

– Я должна была помнить, что лобстеры со сливочным маслом всегда вызывали у меня тошноту.

– Может быть, я велю, чтобы тебе принесли горячего чаю или молока? – взволнованно спросил Джулиан, вглядываясь в бледное лицо жены.

– Молока, пожалуйста, – кивнула Нелл.

Джулиан помог ей снова улечься в постель и вызвал служанку. Вскоре на столике у кровати стоял поднос с чашкой горячего молока и кусочком подсушенного хлеба. Желудок Нелл еще не успокоился, и она сделала лишь маленький осторожный глоток.

Но едва молоко попало в желудок, как тут же отправилось в обратный путь. Нелл соскочила с кровати, и Джулиан, сообразивший, что происходит, отпрянул в сторону и поспешно подставил ей ночной горшок.