Хозяйка ювелирной мастерской

Он единственный мог рассказать про мамин артефакт и о том, где искать остальные кристаллы.

– Ханна сказала, что ты обязан был всё рассказать, – продолжила я.

– Ты видела мать?! – ошарашенно уточнил Родгер.

– Нет, – вздохнула, вспомнив родной голос и хрупкую фигурку, растворяющуюся в серебристом сиянии, – она сказала, что записала воспоминания на кристаллы и, если хочу узнать правду, должна следовать за тенями и собрать все осколки памяти. А ещё попросила пнуть Рамона, если тот до сих пор мне ничего не рассказал.

– Виноват-с, – буркнул Хранитель, – хотел вас испытать, узнать, достойны ли вы...

– А кто, собственно, наделил тебя такими полномочиями? – в голосе Родгера проскользнули металлические нотки и на миг мне показалось, что в комнате стало холодно.

Но саванши было не пронять. Даже прищученный чужой магией и пойманный с поличным, дух всё равно держал оборону и продолжал огрызаться.

– Я охранял эту тайну двадцать шесть лет! – прорычал дух. – Уничтожил не один десяток воров, пытавшихся проникнуть в дом. С чего мне верить девушке, которую я вижу первый раз в жизни?

– Марианна законная наследница...

– Плевать на кровь и магию! Её могли подкупить или запугать, – парировал саванши, – откуда мне было знать, какие цели она преследовала, вернувшись сюда?

– Я вообще не планировала перемещаться в этот мир, – устало ответила, – бабушка умерла, не успев ничего рассказать о Тиерре. Но каждый год, тридцать первого декабря мне приносили подарок от её имени. И в этот раз я получила коньки, оказавшиеся артефактом танцора...

– Частью артефакта, – перебил меня дух, – вторая часть – брошь, переместившая вас к первому осколку.

– Какая брошь? – недоумённо уточнила я.– В шкатулке было кольцо!

– Вы уверены? – ехидно хмыкнул дух. – Посмотрите ещё раз.

Отодвинувшись от дракона, я с опаской покосилась на шкатулку и, едва сдержала удивлённый возглас. На чёрной бархатной подушечке лежала двойная брошь невероятной красоты.

Две грушевидные фибулы украшали сапфиры глубокого синего цвета и россыпь бриллиантов. Соединяли эту красоту пять цепочек с более мелкими камнями, а на нижней фибуле крепилась «кисточка» с гроздьями из сапфиров в огранке кабошон и миниатюрными часами.

При изготовлении таких брошей редкий ювелир выдерживал баланс между роскошью и элегантностью. Чаще всего они выходили перегруженными и грубыми, но эта выглядела потрясающе.

Особенно эти крохотные часики... ну, просто восторг!

Залюбовавшись дивным украшением, я даже забыла про саванши и то, что ему следует выписать хор-р-рошего пинка. Но кое-что меня очень интересовало...

– Этот артефакт может меняться, как и мои коньки? – догадалась я.