Ювелирная работа

Она не любила сладости, которые представлялись ей привязчивой заразой наподобие наркотиков, и делала исключение только для мороженого.

Конфета Маркуса привела ее в настоящий восторг.

Вкуснятина, откровенно объявила девушка.

– Не сомневаюсь, – гордо произнес он. – У нас еще осталась пара глотков шампанского.

– Как твой дядя Тео? – на свою беду, спросила Элоиза.

– Он погиб… около года назад. Остались вдова и ребенок, – не глядя на гостью, сообщил Маркус.

– Прости… Я не знала, – поникнув, пролепетала девушка.

– К чему такая печаль? Ты его еле знала. Он ведь был не твоим другом, а Хлои, – скептически отклонил ее соболезнования хозяин.

– Насчет Хлои я должна тебе кое-что сказать, Маркус, – произнесла Элоиза, решительно посмотрев на него.

– Говори, если должна, – с вызовом откликнулся он.

– Хлоя не была мне сестрой. Она была моей матерью, – проговорила девушка.

– О, я так удивлен! – притворно изумился Маркус. – Кто бы мог подумать, она была так молода, – скороговоркой добавил он.

– Все верно. Ей было семнадцать, когда родилась я. Она просила меня называться ее сестрой. Я делала, как мне велели. Должно быть, у мамы были веские причины для этого, – тихо заметила Элоиза.

– А твой отец?

– Он исчез еще до моего рождения, и мама подала на развод. Меня воспитывали ее родители. Хлою я в детстве почти не знала, – чистосердечно призналась она.

– Она была очень предприимчивой женщиной. Ты пошла в нее, – холодно произнес Маркус.

– У меня было чувство, что ты именно так это и истолкуешь. – Она вновь вздрогнула от его холодности. – Скажу тебе, Хлоя очень гордилась мной, когда я поступила в колледж. И если бы не ее поддержка, то я, Кэти и Харри не стали бы теми, кем мы являемся сейчас.

– Это почему? – осведомился Маркус.

– Мама многому научила меня.

– Какая любопытная история, – отозвался он. – Поднимаю тост за твой успех в делах, Элоиза.

Элоиза присоединилась к этому пожеланию и пригубила шампанское.

– А теперь тост за дружбу, – добавил хозяин.

– За дружбу уже пили, – напомнила девушка.

– Дружба дружбе рознь, – едко заметил он, но Элоиза не придала этому особого значения.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Маркус погладил себя по животу и, сославшись на переедание, заявил, что ему во что бы то ни стало необходимо вытянуть ноги. Он пригласил Элоизу в просторную гостиную, где вальяжно расположился на одном из диванов.

– Снимай свой тесный жакет и последуй моему примеру, – предложил он.

– Я не могу его снять, – призналась Элоиза.

– Не придумывай. Я что, не видел тебя в купальнике? – взволновал ее своим небрежным, напоминанием мужчина."

"Он протянул руку и расстегнул единственную пуговицу на ее талии. Взору приоткрылась тонкая перемычка кружевного бюстгальтера.

– Ты меня хочешь? – нагло спросил он.