Ювелир с улицы Капуцинов

— Тебе, Евген, приготовили манную кашу, — сообщил он и, постучав по фляге со спиртом, добавил: — Это вроде бы под кашу не идет, но могу налить.

Заремба кивнул.

— Хотя и не употребляю, но давай. Настроение такое, что не помешает.

— “Настроение…” — усмехнулся в усы Дорошенко. — Другой бы радовался: гулять целых десять дней — и никакой тебе ответственности. Единственный недостаток — не будет больничного листа…

— Тебе бы все шутить…

— Нет, я серьезно. Роскошная природа, лесной воздух — чем не санаторий?

— Всю жизнь старался быть подальше от таких санаториев…

— Ну, брат, тут уж ничего не поделаешь. Какой есть. Немного похуже Хрустального дворца в Трускавце, но все же кое-кто хвалит…

Посмотрели друг Другу в глаза и рассмеялись.

— Что ж, товарищ “главный врач”, придется принять ваши условия, — сказал Заремба. — Но давай сначала посмотрим, какой у нас улов.

— Ого!.. — только и смог сказать Дорошенко, когда на стол высыпали содержимое первого мешка. — Ну и награбили!..

— Жалкие остатки награбленного, — поправил Заремба. — Основное прилипло к рукам.

На столе лежала куча колец, браслетов, брошей. Многие были с драгоценными камнями — алмазами, рубинами, топазами.

Заремба разгладил бумажку, которая лежала ря­дом.

— Опись. Сверять с наличием, думаю, не будем. Если и окажется недостача, все равно жаловаться некуда.

В другом мешке были часы, в третьем — лом драгоценных металлов. Заметив сплющенные в пластины золотые зубы, Дорошенко поспешно сгреб все обратно в мешок.

— Невозможно смотреть на это… — пробормотал он, побагровев от ярости.

Заремба пододвинулся к нему, обнял за плечи.

— Нам, Василь, выдержки и сил еще ой сколько понадобится! Сердцу не прикажешь, но действовать надо с умом. За все заплатят!

Богдан зачерпнул горсть колец, небрежно подбросил их и сказал презрительно:

— Безделушки… Из-за такого хлама люди извергами становятся! Тьфу!.. — Он поднес к лампе серьгу с большим камнем, который отсвечивал дивным бле­ском. — Драгоценная штучка. Верно, не у работницы отобрали…

— Что ты хочешь сказать? — гаркнул Заремба и схватился за щеку.

— Ничего, — пожал плечами Богдан. — Так, к слову…"

"— Смотри мне, умник… К слову… Будто его не понимают… Может, и в самом деле у какой-нибудь сволочи отняли — богачей тут вокруг до черта было. И может, если разобраться, мне их добра вовсе не жаль. Но разве об этом речь?.. Они ведь мучают и убивают всех подряд, особенно тех, кто светлого дня в жизни своей не видел. Тысячи и тысячи — вот что страшно…

— Что вы, вуйко, на меня кричите? Как будто я спорю…

— Да не на тебя я, — махнул рукой Заремба. — На себя… Сидим здесь, а они…

— Это уж ты, брат, загнул, — вмешался Дорошенко.